— Разумно, — согласился я. — Что скажешь о Рыкине, раз уж он у нас под подозрением?

— Ничем не выделяется. Его родственники и друзья тоже никогда ни в чём не подозревались. Однако кое-что есть. В досье вложен последний больничный лист. Рыкин брал больняк всего через две недели после того, как отболел бронхитом. Простуда. Отсутствовал на работе четыре дня. Надо бы выяснить, насколько он в действительности был болен. Поговорю с его родственниками и коллегами.

— Думаешь, Рыкину понадобилось время, чтобы что-то продать или передать? Вполне возможно. Есть на него ещё что-нибудь?

— Пока нет, Ваше Сиятельство. Но будем работать.

В этот момент Марго позвонили. Поговорив несколько минут, она отложила телефон и повернулась ко мне.

— Нашли остатки бомбы и ещё кое-что. Теперь ясно, как она попала на склад.

— Дай угадаю, — ответил я. — Её заложили в один из снарядов?

Марго приподняла брови.

— Браво, Ваше Сиятельство! Так и есть. Как вы догадались?

— Раз на складе никто заложить бомбу не мог, значит, она туда как-то попала. Единственное, что туда вносили, — готовая продукция.

Девушка уважительно покачала головой.

— В развалинах нашли снаряд, в который заложили бомбу, — сказала она. — По сути — детонатор с дистанционным управлением. Радиус — сто сорок метров, так что активировать его могли и не с территории завода. Надо проверить записи камер, расположенных по периметру. Возможно, они засняли человека или машину у ограды. Надежды на это мало, но делать нечего — приходится цепляться за соломинку. Думаю, бомба была заложена в то время, когда рабочие ходили курить. Вероятно, Рыкин либо не пошёл с ними, либо вернулся под каким-то предлогом в цех после того, как все ушли.

— Но там же были и другие рабочие, — заметил я. — Они должны были заметить его.

— Не обязательно, Ваше Сиятельство, — возразила девушка. — Станки расположены в этой части цеха так, что их практически не видно другим рабочим. Рыкин вполне мог остаться незамеченным.

— Его увидели бы на видео охранники. В режиме онлайн.

— Допускаю лишь один вариант: Митрофанченко заблокировал запись на это время. То есть стёр её как раз тогда, когда Рыкин закладывал бомбу.

— Такое возможно?

— Если подготовиться, то да. Нужно лишь заранее отснять пустой цех и запустить эти кадры в запись, а потом удалить и сделать склейку. Очевидно, что Митрофанченко убил не ныне покойный Рыкин. И едва ли сисадмин подложил бомбу своими руками. Мы ищем третьего — того, кто всё это придумал. И убил рабочего и сисадмина. Вопрос — «зачем?» Нужно искать причину, по которой понадобилось убирать свидетелей. А их была целая куча. Если точно, то пятеро: Рыкин, трое его товарищей и Митрофанченко. И это только те, о которых нам известно. Возможно, есть и другие жертвы. Или ещё будут. Необходимо наладить оперативный сбор информации о поступающих в полицию донесениях о новых трупах. Мне понадобится ваша помощь, господин маркграф. Если вас не затруднит позвонить шефу полиции и приказать ему оказывать содействие…

— Считай, уже сделано.

Марго кивнула.

— Я уверена, что Рыкин действовал заодно с нашим мистером Х. Именно он должен был замочить троих своих приятелей. Вот только его сообщник решил избавиться заодно и от него. Прежде всего, нужно выяснить, какова была цель диверсии — кража секретных материалов или банальное вредительство.

— А что, если не было никакой диверсии? В прямом смысле этого слова, я хочу сказать. Вдруг мотив — убийство, как бы банально это ни звучало?

— Как это? — нахмурилась Марго. — Думаете, склад взорвали только ради того, чтобы убить Рыкина?!

— Нет, конечно. Он пошёл в комплекте, так сказать. А убить собирались троих его приятелей. И Рыкин в этом участвовал. Вот только не предполагал, что и его отправят на тот свет заодно с ними.

— Но зачем устраивать взрыв на заводе, Ваше Сиятельство? Не проще ли порешить их где-нибудь в другом месте по одиночке? Хотя… Три-четыре убийства — это большой риск. Наверняка наделаешь ошибок, засветишься, да и велики шансы, что тебя рано или поздно свяжут со всеми жертвами. Нет, куда проще убрать всех сразу, в одном месте, да ещё и замаскировав убийство под диверсию или несчастный случай. Хм… Интересная мысль. Но возникает вопрос: зачем было их убирать? В принципе, ответ напрашивается только один — они что-то знали.

— И тут есть разные варианты. Либо убийца наметил в жертвы троих рабочих, а Рыкин и Митрофанченко пошли в расход заодно, как свидетели подготовки преступления, либо они изначально действовали заодно с убийцей, не подозревая, что он решил от них избавиться. Могло быть и иначе. Например, Рыкин был заодно с преступником, а сисадмина они наняли. Либо наоборот. Во всяком случае, если догадка в целом верна, то как минимум кто-то один из убитых что-то знал, и это стоило ему жизни. Если честно, другой причины устраивать взрыв на складе я не вижу. Да и место для диверсии выбрано сомнительное: я, например, заложил бы бомбу в цеху по производству взрывчатки, тогда уничтожение завода было бы гарантировано.