— Это что, так просто сделать? — приподнял я брови. — Разве там нет видеонаблюдения в каждом помещении?

— В том-то и дело, что есть, Ваше Сиятельство. Более того, там отсутствуют мёртвые зоны. Просматривается всё.

— И на записях ничего нет?

Жестов покачал головой.

— Склад — закрытый объект. Оружие и взрывчатые вещества необходимо тщательно охранять, поэтому никто посторонний туда попасть не должен.

— И не может? — вставил я.

— Не должен.

— То есть, лишь теоретически?

— Думаю, это нам и предстоит выяснить, — ответила за директора Марго. — Бомба была заложена кем-то из тех, кто работает на заводе, или посторонним.

— А не могли боеприпасы сами сдетонировать? — поинтересовался Николай.

— Наши специалисты утверждают, что бомба была, — сказал Жестов. — Думаю, этого достаточно.

— Я пока не понял, при чём тут секретная лаборатория, — вставил я.

— Она примыкала к складу. Частично разрушена. Мы опасаемся, что она и была целью диверсии.

— Что-нибудь пропало?

— Пока трудно судить. Повреждения очень сильные.

Я взглянул на главного инженера.

— Елисей Геннадьевич, какое именно оружие там создавалось?

— Новейшее. Такого нет пока ни у кого. Могу ли я говорить?

— Думаю, Маргарите знать об этом не обязательно, — быстро сказал Жестов. — В расследовании это ей всё равно не пригодится.

Я кивнул, и девушка тут же вышла. Думаю, она и сама не хотела знать лишнего.

— Это система дальнобойных ракет, которые способны поражать цели в двадцати пяти тысячах километрах, — сказал инженер. — Проект был запущен два года назад с одобрения вашего отца. С таким вооружением мы легко защитим границы империи. Бундесрат даже сунуться к нам не посмеют.

— Значит, уничтожение разработок или их хищение в интересах наших врагов.

— Безусловно. Уникальная технология не должна попасть в чужие руки. Если Бундесрат получит даже часть материалов, рано или поздно их разработчики смогут построить такую же ракету. Страшно представить, что тогда будет! — инженер даже вытер с лица выступившую испарину. — Я всё ещё надеюсь, что взрыв не имеет к этому отношения. Возможно, это просто диверсия наших конкурентов. Но вдруг…

— Да, это дело первостепенной важности, — сказал я. — Маргарита достаточно компетентна?

— Уверяю, что иначе не предложил бы её кандидатуру, — ответил Жестов.

— Хорошо. Давайте сделаем ей пропуск.

Глава 8

Николая я отправил домой. После похорон женщинам и девочкам требовалась поддержка. Парень не стал возражать, хотя ему явно хотелось остаться и тоже принять участие в расследовании: спор в присутствии посторонних был немыслим. Маркграф приказал — надо выполнять.

— Ваше Сиятельство, вы точно решили, что вам это нужно? — спросила Марго по пути к месту инцидента. — Не подумайте чего, просто я не хочу занимать ваше время.

— Не беспокойся об этом, — ответил я. — Сосредоточься на деле. Что думаешь, кстати?

Девушка листала по дороге отчёт экспертов. При этом ни разу не споткнулась. Наверное, потому что носила кроссовки, а не туфли на каблуках.

— На складе погибло четыре человека, — сказала она. — Правда, их трупы мы не увидим.

— Почему?

— От них ничего не осталось. Рванул целый склад боеприпасов.

— Я думал, при таком взрыве всё в округе разнести должно было.

— И разнесло бы, если б все снаряды сдетонировали. Но обошлось. В первую очередь благодаря тому, что их хранят партиями, в отдельных помещениях. На соседнем складе, кстати, никто не погиб. Спасибо автоматической сортировке. Единственный оператор находился на втором этаже с другой стороны от взрыва. Попал в больницу, конечно. Контузия. Нам придётся работать очень быстро, — добавила она, закрыв папку. — Пока секретные материалы не попали к заказчику. Если, конечно, они были похищены.

Склад был обнесён кирпичной стеной с намотанной поверх колючей проволокой. Периметр просматривался видеокамерами, а ворота были раздвижными, и за ними оказались ещё одни. Нас пропустили, подвергнув всего лишь трёхминутной проверке. Проверяли, правда, только Марго. Вернее, её свежую ксиву. Меня, очевидно, охранники знали в лицо, как и положено: начальство же. И мои права доступа, куда угодно, под сомнение не ставились.

С северной стороны виднелись последствия взрыва: седьмой склад разметало почти начисто, остался только фундамент, да и тот был изрядно разрушен. Шестой выглядел уничтоженным больше, чем наполовину, и напоминал осколок гигантского зуба. Дальше находилась лаборатория. Она пострадала меньше: только одна стена обрушилась.

— Кто вообще додумался проводить исследования в соседстве со складом боеприпасов? — пробормотал я.

— Места не хватает, — отозвалась Марго. — Производство растёт, и руководство использует любые площади. Неправильно, конечно, но что делать?

— За два года не могли построить новый корпус?

— Полагаю, здесь проводили только часть исследований. Ну, и никто, конечно, не ожидал взрыва. У нас на заводе уже лет шесть не было диверсий. После обновления система безопасности считалась абсолютно надёжной. Будет здорово, если мы выясним, в чём оказалась её слабость.