Шрифт:
Первый нападавший был уже совсем рядом, когда, выхватив из-за пояса металлический диск, Райнор повернул его другой стороной. Из глубины зеркала вырвался тонкий, как игла, ослепительно-яркий луч света.
Он ударил разбойнику прямо в лицо и, казалось, глубоко вонзился в него.
Выражение жестокости внезапно сменилось маской дикого, первобытного ужаса. Воин остановился, точно натолкнувшись на незримую преграду и неподвижно замер на месте, как вкопанный. Взгляд у него стал, будто у затравленного зверя.
Райнору вновь вспомнились тихий голос и таинственные слова Гиара:
"Взгляд василиска леденит вас…"
Теперь из зеркала струился целый пучок ослепительно-белых лучей. Этот неземной свет напоминал стрелы бога Луны. И, подобно разящим стрелам, они стремительно пронизывали воздух, рассеивались во все стороны и безошибочно находили свою цель. Жертвами их один за другим становились рыцари Мальрика. Воиины один за другим застывали на месте, а последним их участь разделил сам барон.
Когда всё было конечено, лучи внезапно исчезли.
– Дельфия! – позвал Райнор и девушка бросилась к нему навстречу через весь просторный зал.
– Это колдовство, и нам следует ожидать всякого зла! – предостерёг Эблик.
– Как бы там ни было, а пока что нам от чар немалая польза! – отмахнулся Райнор и обернулся, готовясь обнять бегущую Дельфию. Но в этот миг произошло нечто невероятное.
В зале повеяло ледяным холодом. От резкого порыва ветра все светильники разом погасли и вокруг воцарилась кромешная темнота.
Райнор услышал, как испуганно вскрикнула Дельфия. Сыпля проклятиями, юноша ринулся к ней на помощь.
Но на бегу запнулся о распростёртое на полу тело. Райнор пошарил рукой и наткнулся на бородатое мужское лицо.
– Дельфия! – крикнул он.
– Райнор! – отозвалась девушка. Голос её всё слабел и теперь доносился откуда-то из необъятной дали. – На помощь, Райнор!
Клинок оказался бесполезен. Райнор, спотыкаясь, брёл в темноте на ощупь, пытаясь угадать, какое очередное препятствие ждёт его впереди, как вдруг пальцы его скользнули по чьей-то жесткой загрубевшей коже.
Вслед за этим в темноте прозвучал гневный окрик:
– Ты, дерзкий глупец! Суёшь свой нос куда попало, да ещё осмеливаешься поднять свой меч на властелина Зодиака!
Это был голос Гиара. Несомненно, колдун проник в замок Мальрика с помощью своей чёрной ворожбы.
– Ах, вот как! – вскипел Райнор. – Ну, сейчас ты познакомишься с моим мечом поближе, негодяй!
И он с с силой вонзил клинок туда, где должен был стоять Гиар. Тишину прорезал дикий крик боли и растаял вдали.
Райнор снова потерял след колдуна и в темноте ринулся вперёд, пытаясь не дать Гиару скрыться.
– Глупец! Глупец! – шипел во мраке Гиар. В голосе его слышались издёвка и угроза. – Слепец! Мальчишка!
Райнор остановился. Кругом вдруг начало разливаться странное зеленоватое сияние. Оно было скорее тусклым, чем ярким, и наводило ужас. Похоже, вновь начинали действовать какие-то чары, которые и породили этот потусторонний свет.
Постепенно он собрался в огромный бесформенный сгусток, который затем стал напоминать дракона. И тогда Райнор вспомнил изображение странного существа на талисмане.
Это был знак Василиска!
И только быстрота спасла юношу.
Он уже не раз смог убедиться, что ужасный взгляд этого создания убивает всё живое, а потому успел закрыть лицо руками, прежде чем во мраке снова вспыхнул слепяще-белый луч. Но Райнора всё равно до самых глубин его существа пронизал смертельный неземной холод, а душу охватил слепой, первобытный страх. Юноша успел сделать ещё от силы шага четыре, а потом разум его замутился, голова запрокинулась назад. Ноги отяжелели и словно завязли в чём-то мягком. Райнор зашатался и рухнул на каменные плиты пола. А потом он погрузился в блаженное забвение и этот мир на время перестал существовать для него.
ГЛАВА III
Очнулся Райнор неожиданно. Солнечный свет пробивался сквозь кроны высоких дубов, а поблизости кто-то сыпал живописной нубийской руганью. Юноша сообразил, что его перенесли из замка куда-то в другое место и наконец узнал низкий голос Эблика.
Райнор вначале приподнялся, а затем легко вскочил на ноги. Нубиец оглянулся и, увидев, что его молодой хозяин наконец-то пришёл в себя, просиял от радости.
– Проклятье! – прогремел он. – Хвала Богам! Неужто ты жив, Райнор?