— Я могу и сам…

— Отлично. Куда бы тебя свозить? — негромко бормотала про себя богиня. — В Липецк — ты там ничего не поймешь… разве что в Касимов… точно! Завтра вам покажут весь процесс на заводе в Касимове, это недалеко, где-то час от Москвы. Посмотрите, потом прикинете что сами сделать не сможете, мы с этим поможем. И вперед, ковать римские грабли и лопаты!

Тит был инженером и в чем-то даже дипломатом, но еще он был довольно богатым патрицием, а потому, немного помявшись, спросил:

— И сколько Рим будет должен заплатить за это знание?

— Ну, учебник по черной металлургии стоит где-то в районе полтинника, это пять денариев примерно. Так что за чертежи печей столько же заплатите. Кстати, если захотите сам учебник купить, то скажите кому-нибудь из работников гостиницы, вас проводят в нужный магазин. А цены на оборудование… это когда вы определите какие печи и сколько вы строить будете, его только по заказу делают и цена зависит от того, что и сколько вы заказывать будете. Но в любом случае это недорого. А вот рабочим нашим платить… у наших металлургов средняя зарплата примерно рубль в день, плюс еще полтинник раз они в командировке у вас будут…

Час, проведенный внутри летящей железной птицы римлянин будет вспоминать с ужасом вероятно до конца своей жизни — но ужас закончился, а результат остался. Спустя четырнадцать лет после встречи с богиней Тит Спурий руководил огромным металлургическим заводом неподалеку от Диводура, на котором в прошлом году заработала уже десятая «печь богинь» — которые в России почему-то называли «госпожами». Впрочем каждая «Домина» и в самом деле была капризна и своенравна, какими бывают жены некоторых богатых патрициев, и требовала непрерывного и внимательного ухода. Зато и одаривала каждая печь людей двумя, а при удаче и двумя с половиной сотнями талантов довольно неплохой стали. Ну это если тот металл, который изливался из домн, в другой печи выдержать половину суток…

— Вот удивляюсь я, — сообщила Катя-первая Лере, встретившись в ней за обедом дома у Кати-Великой, — римляне сами производят уже почти семьдесят тысяч тонн стали в год, а их закупки у нас не сокращаются. Разве что номенклатура немного поменялась…

— Ничего удивительного я в этом не вижу, — усмехнулась восьмидесятилетняя историчка, — как раз в номенклатуре и дело. Они сталь делают вполне хорошую для лопат, плугов или там гвоздей всяких, а оружие из нее получается уже так себе. Я уже не говорю про подшипники, даже если в технологию изготовления шаров не вникать. А мы сколько их туда продаем?

— Много, они теперь почти все телеги на подшипники ставят.

— И не только телеги.

— А вагоны мы сразу с подшипниками продаем. Но я не могу пока понять еще вот что: железную дорогу они себе строят, вагоны у нас покупают — а вот насчет локомотивов даже не заикаются.

— А почем мы им керосин продаем? Примерно по денарию за литр? Если им по той же цене дизельное топливо продавать, то пока им будет выгоднее вагоны лошадьми таскать. Тебя же не удивляет, что они вообще никакие моторы у нас не просят?

— Теперь не удивляет. Тетя Лера, а раньше в школе по истории про римских инженеров рассказывали?

— Нет, — усмехнулась та, — я думаю, что большинство даже учителей истории про их существование вообще не догадывались.

— Я потому и спросила, что в учебниках старых про них ничего не нашла. А теперь, когда приносят информацию о том, как они металлургические заводы водяными приводами обеспечивают… Откровенно говоря, наша первая печка и то хуже обустроена была. Я имею в виду с точки зрения инженерного обеспечения.

— Нет, не хуже, а просто иначе. У нас стоял маленький электрический мотор, а римляне ставят огромное водяное колесо, вот римская домна и выглядит круче нашей. Хотя двадцатиметровая плотина — это и на самом деле весьма и весьма круто.

— Я слышала, что их главный металлург Тит собирался на Мозеле плотину поставить пятнадцатиметровую. Если на электричество переводить, то получается больше тридцати мегаватт…

— Я тоже слышала, он собирался и доменных печей там поставить полсотни. Но это лишь мечты, и не потому что он ее построить не сможет, а потому что там руды на такой завод не хватит.

— И угля.

— Не в угле дело, они по реке леса сплавляют достаточно чтобы все печи обеспечить. Кстати, скоро долина Мозеля будет напоминать привычные нам русские пейзажи: им кто-то сказал, что березовый уголь очень хорош, так они на месте вырубленных участков сажают березняки. Сейчас береза быстро растет в тамошнем климате, а они на перспективу все рассчитывают.

— И очень быстро учатся. Наши ребята говорили, что у них уже все воздушные насосы, хоть и работают от водяных колес, с чугунными цилиндрами, и шатуны с подшипниками скольжения сталь по бронзе. Правда пока они трубы к домнам от воздуходувок у нас покупают, но наверное и сами их скоро делать начнут.