— Хорошо здесь, да? — спросил он, оглядываясь.

— Ты имеешь ввиду лес?

Не ответил, посидел рядом с минуту, после чего вытянул передо мной руку и разжал кулак. На его мозолистой потёртой ладони лежала розоватая, пульсирующая мягким светом пилюля. От неё исходил аромат… пыли, как это бы странно не звучало. Но тем не менее даже так она притягивала к себе взгляд… даже не так, заставляла хотеть себя взять.

Я почувствовал в груди, в животе и даже в паху какое-то неутомимое желание к ней прикоснуться прямо сейчас. Правда едва я потянулся к ней, Бао тут же сжал кулак.

— У меня есть одно условие, Юнксу, — произнёс он спокойно, всё так же глядя куда-то в лес. Можно было позавидовать тому, как он держал себя в руках, при этом имея на ладони такую пилюлю.

Я недовольно посмотрел на Бао, вздохнул, но тем не менее спросил:

— Какое? Давай только быстрее, без всяких долгих предисловий. Смогу — сделаю, не смог — даже не проси.

— Сможешь. За неё я хочу, чтобы ты убил их всех.

Эм…

— Прости?

— Убей их всех, Юнксу. Всех этих пятерых выродков до единого любой ценой. И тем более Люнь Тю. Она не должна выжить.

— Чего же она тебе покоя не даёт? — вздохнул я.

— Почему тебе не давал покоя Вьисендо? — задал Бао встречный вопрос. —­ Я знаю, что у тебя может дрогнуть рука в конце, но такова цена пилюли. Её смерть.

— Я к тому, что Люнь тебе сделала, что ты её так ненавидишь?

Я думал, Бао не ответит, если честно.

— Отомстила, — наконец вымолвил он спокойно, будто говорил о погоде.

— Что? В смысле, отомстила? — переспросил я удивлённо.

— Каждый из нас думает, что сможет выйти сухим из воды, да? — хмыкнул Бао. — Сделать вид, что ничего не было, и вернуться к нормальной жизни. Но есть вещи, из которых никто просто так не отпускают.

Звучит как в мафии.

— А ты попытался.

— И неудачно. А Люнь Тю… да и все остальные оказались слишком принципиальными в этом плане, вот и всё. Прав? Виноват? Какая разница, если мы все, по сути, одно и то же? — подмигнул Бао и подкинул пилюлю, которую я ловко поймал, на что он лишь улыбнулся. — И заканчиваем все одинаково.

Я проводил умного Бао с умного мыслями взглядом, дождавшись, пока он не скроется с глаз, после чего перевёл взгляд на пилюлю. Розовая, словно светящаяся через матовое стекло пульсирующим розовым светом, она будто заставляла забыть обо всём остальном. Словно наркотик, заставляла думать лишь об одном — как бы поскорее её проглотить…

Я сжал кулак.

Так, так дело не пойдёт. Уж точно не с маниакальным желанием поскорее закинуться пилюлей прорыва. И если уж у Бао вышло взять себя в руки, то и у меня точно получится.

И я медленно посчитал про себя до десяти, после чего разжал руку и вновь с расстановкой посчитал до десяти, но уже глядя на пилюлю и вдыхая её пыльный, но странно манящий запах.

Ровные вдохи, спокойные мысли, и через пару минут её странное воздействие стало отпускать. Уже и вид пилюли не сводил с ума, вызывая, будто у наркомана, лишь единственное желание, и странный запах не умолял вдыхать поглубже и почаще. Просто обычная странная и редкая пилюля.

— Мда… ­— вздохнул я, крутя её между пальцев, после чего встал и пошёл дальше в лес, чтобы никто не мешал. Мы достаточно далеко и глубоко ушли, чтобы ведьмы даже по нитке смогли вот так просто найти нас, поэтому времени было предостаточно.

Для медитации я выбрал достаточно большой непонятно откуда взявшийся посреди леса валун. Забрался, сел в позе лотоса и закрыл глаза, беря себя и свой внутренний мир в руки. Это будет один из тех редких случаев, когда я медитирую без всего, полагаясь лишь на собственные силы. Ни какой бесконечной подпитки, никаких уступок и лёгких путей — лишь я и барьер.

Ну-с… сначала попробуем прощупать его без пилюли?

Я закрыл глаза и медленно погрузился в себя. Барьер между уровнями, я видел… нет, даже не так — чувствовал его чем-то абстрактным, чем-то, что для меня символизировало препятствие. Что-то похожее на плёнку, которая не давал мне расти дальше. Словно мешок, который не позволял вытянуться в полный рост и размять все мышцы, которые переполняла сила.

Собственно, у меня ничего не получилось и сейчас — я просто упёрся в него, будто эластичную и тонкую, но очень прочную плёнку. Попытался протиснуться, создать хоть малейшую прореху, через которую смогу протиснуться и порвать его, но…

Я вынырнул из темноты в реальность тяжело дыша, а барьер был целым и невредимым, как новым.

Вокруг всё так же пели птицы, шуршал листьями ветер, волновались кроны, через которые изредка пробивались лучи света. Лес жил, жизнь текла своим чередом, не обращая внимания на то, что творилось вокруг.

— Так… ну кто не рискует, тот не пьёт, верно? — поднял взгляд в никуда.

В голове всплыла Люнь, которая всегда поддерживала меня в такие моменты и сейчас бы обязательно что-то сказала по этому поводу. Она была моей внутренней опорой и поддержкой. Которая давала понять, что я не один в этом мире против всех, и её слово всегда ложилось в такие моменты как нельзя кстати.