– Мам, может еще часик?

– Арсений уже звонил, – Ава качает головой и бросает на меня тоскливый взгляд.

– Я вас провожу, – сглатываю злость, которая застряла в горле и провожаю их к Авиной машине.

– Ты классный, пока, – выдает Булат на прощание и Ава закрывает за ним дверь.

– Не хочу ехать, но надо. Не хочу, чтобы у Арса был повод навесить на меня охрану, как было раньше. Тогда я вообще не смогу никуда выехать.

– Хорошо, – провожаю ее до водительского места и нежно глажу запястье, – это ненадолго, обещаю.

– Я тебе верю, – она в который раз улыбается и забирается в машину.

У меня нет сил отпустить их, но другого варианта пока нет. Обещаю себе, что это в последний раз, когда мы расстались.

Я заберу свою семью, любой ценой.

«Ава, я схожу с ума, мне нужно тебя увидеть»

Я долго всматриваюсь в экран мобильного и перечитываю сообщение. Слова Макара полностью отражают и мое состояние. Как я вообще существовала без него эти семь лет? Вот именно, существовала, а не жила. С его появлением жизнь опять заиграла красками.

Конечно, в моей жизни был сын, я любила его, заботилась и вкладывала в него всю душу. Но быть любящей матерью и любимой женщиной вещи разные.

Видеться с Макаром опасно, но сегодня у Арсения очень важные переговоры во втором филиале. Обычно они всегда затягиваются до позднего вечера, так что если я уеду с работы часа на полтора раньше, он и не узнает. Сейчас ему не до меня, на кону большие деньги.

– Свет, я уезжаю. Встречи отмени, все вопросы по телефону, – бросаю секретарше и быстро выхожу из офиса, боясь, что здравый смысл возьмет верх, и я останусь на работе.

Всю дорогу до гостиницы Макара нервно посматриваю на телефон, переживая, что Арсению все же что-нибудь срочно от меня понадобится. Но мобильный молчит, и я потихоньку перевожу дыхание, как же надоело прятаться и таиться.

Вот я и перед дверью, тихо стучу и через минуту она распахивается. Макар встречает меня в одних хлопковых брюках и майке, волосы влажные после душа, на ногах нет обуви. Такой уютный и домашний, помню его таким на острове. Воспоминания пронзают почти физической болью, оттого что хочется все вернуть, оттого что это невозможно.

Несколько мгновений мы просто рассматриваем друг друга, не двигаясь с места. Затем Макар подхватывает меня на руки и вносит в номер. Он утягивает меня на диван и крепко сжимает в объятьях у себя на коленях, как маленькую. Но мне нравится, я чувствую себя в безопасности рядом с ним, по телу разливается покой и эйфория.

– Я так скучала, – говорю тихо и утыкаюсь носом в его майку, вдыхаю любимый аромат своего мужчины.

– Ава, я придумал, как вас забрать, – Макар нежно гладит меня по спине, целует в макушку, – Еще пара дней и у вас будут новые документы, мы улетим отсюда и больше никогда не вернемся.

По моим щекам начитают течь слезы.

– Ты плачешь, малышка?

– Хочу, чтобы все наконец закончилось, видеть Арсения больше не могу.

– Обещаю, пара дней, и он уже не сможет до тебя добраться. Я хочу забрать вас прямо сегодня, но у Арсения много связей в полиции, они все перекроют и вывезти тебя с Булатом будет почти невозможно. Поэтому все нужно сделать тихо и быстро, чтобы никто и опомниться не успел.

– Я понимаю, семь лет терпела, еще два дня ничего не изменят, – выдыхаю Макару в шею, – хочу забыть о нем хотя бы ненадолго, ты мне поможешь?

Запускаю руку ему под майку и чувствую, как тело напрягается, сердце начинает стучать учащенно и дыхание сбивается. Он так быстро реагирует на меня, что меня и саму уносит.

– Ава, люблю тебя и схожу с ума, когда думаю о том, что он прикасается к тебе, – сбивчиво шепчет Макар мне в шею.

– Не думай об этом и мне помоги забыть, – нахожу его губы и забываюсь в поцелуе. С Макаром это легко, ему стоит лишь прикоснуться и все плохое уходит на второй план.

Мы оказываемся на кровати и Макар нависает сверху, его руки беспорядочно прикасаются, задирают юбку и расстегивают пуговицы на блузке. Я лишь судорожно постанываю и целую везде, куда могу дотянуться. Все не важно, только здесь и сейчас.

Нас не хватает даже на то, чтобы до конца раздеться, Макар приспускает брюки и входит одним толчком, давая мне то, что было так нужно – чувство наполненности, принадлежности ему. Я всхлипываю и плотнее обвиваю его бедра ногами, каблуки впиваются в его кожу, даже обувь все еще на мне. Но все равно, важно только наше дыхание, шумное и прерывистое – одно на двоих. Важно только наше движение друг другу навстречу, сплетение рук, тел, безумные поцелуи и стоны. Пожар внутри все разгорается, тело покрывается испариной и отключается мозг. Толчок, еще один и я взрываюсь одновременно с Макаром, кричу его имя в голос, потому что сдержаться нет никакой возможности.