В Варшаве Андрей Павлович сделает доклад о положении и работе. Для поднятия своего авторитета предъявит две листовки, якобы выпущенные в Москве в связи с убийством Воровского и нотой Керзона. Через три дня Андрей Павлович с Иваном Терентьевичем выедут в Париж для переговоров с Савинковым.

Для ГПУ командирование в Париж Фомичева приобретало большое значение, так как тот считал, что контакт, налаженный с группой «Л.Д.» в Москве, создание Московского комитета пропаганды и поездка в Париж представителя «Л.Д.» является результатом ис-

ключительно его работы. Было совершенно очевидно, что он постарается в своих интересах раздуть легенду КРО ГПУ до возможных пределов.

После приезда в Париж Фомичев и Федоров должны явиться лично к Савинкову. В случае если последний откажется принять Федорова как уполномоченного «Л.Д.», то тот откажется вести переговоры с кем бы то ни было другим. Представлялось, что шансов на то, что Савинков откажется вести переговоры лично, очень мало, так как он предупрежден Философовым о предстоящих переговорах. Кроме того, переговоры с Савинковым уполномоченного «Л.Д.» — это решение Варшавского областного комитета НС, во главе с членом ЦК НС Дмитрием Владимировичем Философовым.

Планировалось, что результаты переговоров могут привести к двум предложениям:

1. Полное слияние ЦК НС с ЦК «Л.Д.» на основе:

а) сохраняется фирма «НСЗРиС», в ЦК которого на паритетных началах входят представители ЦК «Л.Д.» в равном количестве;

б) ЦК «НСЗРиС» переносится в Россию, на территории которой автоматически самоупраздняются все местные группы «Л.Д.» и НС и реорганизуются по выработанному новым ЦК плану местные организации;

в) «Л.Д.» дает свой информационный и агитационный аппараты и все свои имеющиеся связи на периферии и центре;

г) то же самое дает и «НСЗРиС».

2. Контакт «Л.Д.» с «НСЗРиС»:

а) образуется в Москве единый руководящий центр на паритетных началах от «Л.Д.» и «НСЗРиС». При этом обязательна переброска в Москву нескольких видных работников НС, могущих совместно «Л.Д.» на случай переворота создать временное правительство;

б) организации «Л.Д.» и местные организации НС в виде МКД и Пр. сохраняются на паритетных началах, в дальнейшем развиваются по указаниям ЦК этих организаций;

в) единому центру подчиняются на весь период заключенного соглашения, как руководящему органу, все местные группы «Л.Д.», также, как и местные группы НС;

г) никакое взаимное инспектирование не допускается;

д) у единого центра будет общая финансовая комиссия;

е) во всякое время обе организации в случае принципиальных расхождений или по каким-либо другим причинам могут расторгнуть заключенный контакт, не расконспирируя себя;

ж) точные инструкции по иным пунктам: террор и др. — вырабатываются отдельно.

На случай возможности приезда в Москву кого-либо из крупных работников НС — Дикгоф-Деренталя, Виктора Савинкова — Федоров должен был взять с собой в Вильно несколько трудовых книжек на любую фамилию, прописанную в нескольких городах СССР, в том числе обязательно в Москве.

По заключенному в Москве соглашению Фомичев едет в Париж на средства «Л.Д.» из-за отсутствия средств у Варшавского областного комитета.

Если «НСЗРиС» не пойдет на создание объединенного ЦК, пойти на тесный политический и технический контакт и самым решительным образом настаивать на усилении крупными силами, связями и средствами московского комитета «НСЗРиС», дабы подравнять его к силе и влиянию «Л.Д.» Этот пункт был особенно важен в случае срыва переговоров «Л.Д.» и Савинкова в Париже.

По линии поляков план этой командировки сводился к следующему:

«В предыдущую поездку капитану Секунде были доставлены приказы и дислокации некоторых центральных учреждений и округов. В письме к нему нашего агента № 66 была изложена такая легенда: В Москве создалось Бюро польского шпионажа из наших агентов № 66,417 и Павлова [128] /все они являются зарегистрированными работниками 2-го отдела Полгенштаба в Вильно, /руководимые, агентом № 66/ важно, ввиду того, что агент № 66, пользуется большой популярностью в польских кругах, как хороший шпион.

Бюро развивает свои связи и прилагает максимум усилий к заполучению возможно большего количества информационного мате-

риала как по линии личных связей, так и за деньги, причем наиболее ценным материалом является последний. На этот предмет Московское Бюро шпионажа истребовало от капитана Секунды средств на работу из директив для дальнейшего продолжения работы бюро. В результате третьей поездки, устного доклада о положении работы агента № 417, письма агента № 66 и полученного Секундой информационного материала Секунда словесно санкционировал существование Московского Бюро, отпустил на работу 30 долларов и обещал ежемесячно выдавать на продолжение работы 500 долларов в случае получения солидного информационного материала и единовременно выдать 10 миллионов польмарок за устройство своего человека в штабе Запфронта.