— Ну я бы нас с тобой сверстниками не назвал! — не согласился Витя. — Мне тридцать, тебе — что-то около двадцати пяти…

— А представь рядом с нами какого-нибудь опытного командира! Лет эдак пятидесяти, — усмехнулся я. — Представил?

— Ага…

— Кто мы для него оба? — ехидно поинтересовался я.

— Два малолетки… — кивнул Витя. — И все мы те самые малолетки… Но как тогда Иваныч выбился?

— А ты за ним последи! — предложил я. — Он выглядит лет на тридцать, но ведёт себя как вполне зрелый мужчина лет сорока-пятидесяти. Не замечал?

— Как-то не обращал внимания… — признался Витя.

А потом остановился и с подозрением уставился на меня:

— Ты на что намекаешь?

— Я пока ни на что не намекаю, — пожал плечами я. — Пока я вижу несоответствие возраста и навыков Кукушкина… И любой, кто внимательно за ним последит, это заметит.

— Но ты же разобрался, что он собирается делать! — припомнил Витя начало нашего разговора. — Значит, у тебя тоже есть какие-то навыки…

— Я предполагаю! Это ещё не значит, что разобрался! — уточнил я. — Но разобраться, глядя со стороны — это одно. А вот провернуть такое — совсем другое. Вспомни, как он морально раздавил Пустырника. Он его и пальцем не тронул! Просто выкатил расклад, который не мог понравиться Пустырнику, и предложил альтернативу!

— Ну да, ловко… — согласился Витя.

— И я не в первый раз такое замечаю, — признался я. — А сегодня впервые появилась мысль, что выглядит Иваныч моложе, чем есть на самом деле. Но суть не в этом! Если возвращаться к тому, что происходит в группах, то все ориентируются на внешность. Смотришь на человека и думаешь: а почему руководит он, а не я, такой умный и красивый?

— Да ты можешь не рассказывать… Я сам так власть взял! — как-то неловко усмехнулся Витя.

— И чем крупнее твоя группа, тем больше вероятность, что появится вот такой конкурент. И тем легче ему будет набрать сторонников! — добавил я. — Поэтому группы имеют своеобразное ограничение по размерам и количеству активных участников.

— Но у тебя есть Кострома, Сочинец, Дунай… — напомнил Витя. — Да и Пилигрим… Они же признают тебя главой!

— Именно в этом и суть! Они признают меня главой! Не я стал их главой, не я заставил их признать своё превосходство. А они сами решили, что главой буду я… — пояснил я свою мысль. — До того, как мы сбежали на гиганте от бестий, главой был Сочинец. И это он выдвинул мою кандидатуру на пост главы.

— Хм… Неожиданно! — признался Витя. — Ну ладно. Пусть так. Выходит, каждая группа, и вообще большое количество групп, каким-то образом ограничивает власть отдельного человека… Но если твои догадки по поводу Кукушкина верны — значит, его это ограничение рано или поздно перестанет касаться. И что нам теперь делать?

— Ничего… Потому что мы ничего изменить не сможем! — ответил я. — Так что я приведу Пресню, ты — охрану. А потом каждый из нас будет думать, как занять своё очень важное и нужное место в городе!..

Мы помолчали, и я вдруг понял, что надо добавить важное уточнение:

— В городе, которым правит Кукушкин. За его спиной.

— Ага… — отозвался Витя.

— Если тебя это утешит, ты знай… В общем, если у тебя не получится чего-то добиться, я всегда приму тебя в своей группе! Хотя… — я покачал головой. — Я не уверен, что и у меня получится…

— Ну тогда приходи ко мне! Вместе со своими людьми! — усмехнулся Витя. — И спасибо. Ты меня успокоил.

Мы расстались, когда добрались до крайних капсул перед обрывом. Витя отправился своей дорогой, а я — своей.

Правда, наш разговор всё никак не шёл у меня из головы… Я, сам того не ожидая, выдал Вите догадку, которая меня озарила только сегодня.

Кукушкин старше, чем кажется.

Он мудрее, опытнее, умнее и решительнее. Он умеет выражаться казённым языком. Он умеет создавать многослойные планы, которые отлично продавливает на Совете — и не только.

Этого не должен уметь мой современник тридцати лет от роду. Да мои современники в этом возрасте только по бабам прекращают бегать!..

Все странности в поведении Кукушкина становились объяснимы, если предположить, что ему уже не меньше пятидесяти лет… В этом случае он действительно способен вести себя так, как сейчас. Но… Это совершенно не вязалось с тем, что говорил мне СИПИН! Это не просто исключение, как это было с мамой Насти. Нет! Этот факт прямо противоречил словам робота о возрасте колонистов!

Так кто же такой Кукушкин? Кто этот человек, который руководит заблокированным городом? Кто этот тип, сумевший спаять воедино десять тысяч самоуверенных наглых и молодых рыл? Кто он такой, что добился того, чтобы эти люди сидели себе в осаде, как на курорте, и в ус не дули?

Дерьмовые вопросы, Вано! А значит, на них нужно получить ответ.

Дневник Листова И. А.