Ти Дог и Дейл вместе с Риком убеждали Дженнера помочь нам.

Гленн ушел к Дерилу и Шейну, судя по всему, помогать. Керол сидела в стороне, безучастно глядя перед собой. Она после гибели дочки вообще мало на что реагировала.

Никогда до этого я не ощущала так остро стремительно бегущее время!

Словно жизнь по капле уходит из тела, оставляя только слабость и горечь.

О чем я думала тогда? Сейчас толком и не вспомню, настолько все было сумбурно и страшно.

Кажется, вспоминала папу и маму, Андреа, свою жизнь, счастливую и беззаботную, до всего этого кошмара.

И почему-то поцелуй Дерила.

И было жалко, очень жалко. Всего. И думалось, что зря я его накануне остановила.

Каким образом Рику удалось уговорить Дженнера открыть внутренние двери, непонятно, но это случилось! К сожалению, внешние он открыть не мог. Там всем заведовала система.

Я помню эту ожившую надежду, когда мы бежали к выходу, и потом опять накатившее отчаяние, когда осознали, что все равно не выбраться.

И бьющий по мозгам механический голос, отсчитывающий последние минуты нашей жизни.

И здесь удивил Гленн, вытащивший откуда-то круглую небольшую гранату!

Почему он приберег ее, для каких целей — непонятно, но это было очень, очень вовремя!

Граната помогла, внешние двери открылись, и мы побежали к машинам, пока на взрыв не пришли ходячие. И тут оказалось, что Керол с нами нет!

Дженнер тоже остался в здании, но его с собой никто и не звал. Это было его добровольное решение.

Эд не стал искать жену, первым побежал к машине.

Времени до взрыва оставалось катастрофически мало, и мы последовали за ним.

Я забралась в трейлер, с волнением наблюдая за загружающимися в машины людьми. Мотоцикл Дерила стоял в стороне, и самого Дерила не было видно.

Я прилипла к окну, сердце буквально остановилось. Куда он делся?

Он же все время был с нами!

И тут раздался взрыв. Такой мощный, что у трейлера Дейла вылетело стекло.

Мы разворачивались и выезжали от ЦКЗ, оставляя позади столбы дыма, обрушившееся здание и мотоцикл Диксона, лежащий на обочине.

Я побежала в конец трейлера, к заднему окну, слезы мешали смотреть и сердце колотилось, как бешеное! Этого не могло быть! Этого просто не могло быть!

Но мотоцикл быстро исчез в клубах дыма, вместе с моей надеждой.

До сих пор остро то невероятное ощущение потери кого-то очень важного, родного. Это не так, как было с родителями и Андреа, но близко, очень близко!

Я закрыла лицо руками, не в силах видеть эту пустую дорогу, этот столб дыма, этих, бредущих за нами, уже ставших привычными, мертвецов.

И даже решила сначала, что у меня какие-то слуховые галлюцинации, и я выдаю желаемое за действительное, слыша нарастающий рокот мотора.

И вдруг, совершенно неожиданно, из дыма обрушившегося здания ЦКЗ, лавируя среди мертвецов, выехал и стремительно обогнал нас байк Дерила.

Я замерла, провожая взглядом его, невозмутимо глядящего вперед, и Керол, сидевшую сзади, прижавшуюся к его спине.

Облегчение и радость, затопившие меня в тот момент, сложно передать!

Он жив, он спасся, да еще и Керол спас!

Ее муж бросил ее, а Дерил вернулся!

Это просто невозможный мужчина!

За его грубостью и суровостью скрывается невероятно сильный и смелый человек, несгибаемый, жесткий, и в то же время помнящий о других, сочувствующий и сопереживающий.

Дерил опять отложил дневник, усмехаясь.

Ну надо же, бля, какие восторги по его поводу, оказывается!

Вообще он охренеть, сколько нового о себе узнал за эти несколько часов, что читал дневник Эми.

И если вначале Дерила просто оторопь брала, когда девчонка писала, что он интересный, и если помыть его, то и на обложку журнала можно, прям как пидора какого-то, то теперь вообще сказки пишет! Ну не могла она реально такое думать!