Пока Барнс принимает душ, я даже успеваю одеться и немного привести себя в порядок. Если честно, то я совершенно не знаю, как реагировать на все происходящее. Мужчину как будто подменили. И это не может меня не радовать. Возможно... между нами все изменится?

Когда Барнс одевается после душа, в дверь неожиданно кто-то начинает стучать. Я даже не сразу понимаю, что это стук, потому что он очень тихий и неуверенный.

– Эмма, ты не спишь?
– Я слышу голосок Ари и улыбаюсь.

– Не сплю, заходи, - поднявшись с кровати я тут же открываю дверь девочке и только потом до меня доходит, что это комната ее папы и может не стоило впускать ребенка, чтобы она не видела нас вместе?

Я моментально оборачиваюсь к Ричарду, но мужчина полностью спокоен. На его лице нет ничего, чтобы заставило меня сомневаться в правильности своего поступка. Это успокаивает.

– Я думала, что ты спишь, я еще вчера хотела прийти, но папа сказал, что нельзя, что ты устала и легла отдыхать, - ребенок тут же метает взгляд в сторону отца, как будто жалуется мне на него.

– Вчера и я правда легла очень рано, - улыбаюсь и присаживаюсь на колени возле нее.

– Я хотела отдать тебе это, - малышка тычет мне в руку листок, который я тут же сжимаю пальцами и разворачиваю так, чтобы мне было видно, что на нем нарисовано.
– Ты это для меня нарисовала?
– смотрю на Ари, которая тут же начинает улыбаться.

– Это мы в парке развлечений, - девочка тут же начинает мне рассказывать историю рисунка.

Я скольжу глазами по листку и у меня начинает чаще биться сердце.

На рисунке три человека. Маленькая девочка, которая держит за руки мужчину и женщину. Рядом нарисованы качели и киоск с попкорном.

Чувствую, как сзади к нам подходит Барнс и тоже начинает разглядывать рисунок.

– Я так понимаю Алину мы с собой не взяли?
– Ричард даже не скрывает, насколько его радует такой факт. Ребёнок не нарисовал на рисунке свою няню? Женщину, с которой она проводит много времени?

– Она не любит кататься, с ней невесело. Она любит только ругаться и кривить нос. А с Эммой весело, - девочка без стеснения озвучивает причины, по которым на рисунке нет Алины. И я в эту секунду ей завидую. Я не могу так просто и без стеснения говорить Ричарду все, о чем я думаю.

– Очень красивый рисунок, большое спасибо, - мои губы растягиваются в улыбке еще шире, а глаза почему-то начинает щипать, как будто еще немного и я расплачусь.

– Ты ведь пойдешь с нами?
– Ари смотрит на меня с ожиданием, - папа обещал, что мы пойдем на качели, я хочу, чтобы и ты пошла.

Я даже теряюсь что ответить. Возможно, Ричард хотел сходить с Ари сам? Хотел побыть вдвоем и пообщаться?

– Неужели ты боишься американских горок?
– Барнс переводит на меня взгляд, и я вижу, как он улыбается, это что еще значит? Он сейчас пытается назвать меня трусихой?

– Конечно нет, а вот ты, чувствую, струсишь в последний момент и будешь наблюдать за тем, как мы катаемся, должен же кто-то охранять наши рюкзаки.

День проходит на удивление легко и без всяких передряг. У меня даже ощущение появилось, что Ричард запретил выходить из комнаты что Агате, что Алине. Потому что за целый день я ни одну из них не увидела.

– А ты что любишь делать, когда у тебя нет работы?
– Ари смотрит на меня с любопытством и ждет ответ. Только сейчас я замечаю, что все это время перебираю пальцами волосы и, кажется, у меня даже получилась косичка.

– Я умею делать прически, иногда люблю танцевать и кататься на лошадях.

Девочка смотрит на меня так, будто я сказала какую-то глупость. Кажется, от меня ждали другого ответа.

– А мультики ты смотреть не любишь?
– Я еле сдерживаюсь от того, чтобы громко не рассмеяться. Вот оно что, она просто хотела, чтобы кто-то включил ей мультфильм. Но не по ее инициативе, а как бы по своему личному желанию.

– Конечно люблю, а ты?

В этот момент малышка оглядывается по сторонам, как будто ее кто-то может подслушать, а потом снова поворачивается ко мне и начинает говорить на тон ниже, чем до этого.

– Алина не любит мультики, говорит, что я уже взрослая, чтобы их смотреть, но я их включала, когда она уходила из дома, и я оставалась одна.

У меня вопросительно вздергиваются брови. Я не знаю, что меня возмутило больше, то, что маленькую девочку оставляют одну дома или то, что ребёнку не дают смотреть мультики.

– А что тебе разрешали смотреть?

– Всякие скучные передачи, - девочка пожимает плечами, а после пододвигается ко мне поближе, - а ты мне сможешь такое сделать?

Она смотрит на мою косичку, которая выглядит так, будто ее знатно потрепали.

– Я могу тебе сделать намного круче, - улыбаюсь в ответ и подмигиваю Ари.

Чем ближе подходил вечер, тем меньше я хотела выходить из комнаты. Желание встречать других жителей этого дома у меня совершенно не было. Я наивно полагала, что у меня получится отсидеться в спальне, а вот уже завтра все будет намного проще, я снова выйду на работу и погрязну в нее с головой.