— Не вижу изменений.

— Тогда зовите охрану, — предложил Дарий. Король взял со стола колокольчик и лениво позвенел. Звук повис в воздухе и рассеялся по тишине. Король позвонил еще и еще раз. — Позвольте, я продемонстрирую.

С этими словами Дарий поднял полотно шара. Перед ними, насколько хватало взора, простиралась снежная пустыня. Ледяной воздух тут же ворвался в шатер и погасил огни, стремительно вгрызся в остатки тепла. Изо ртов повалил пар, но король не изменил лица, только снова обратился к Доминике:

— Ты нашла какого-то талантливого мага и пытаешься запугать меня им?

— Мага? — вспыхнул Дарий. Он хлопнул в ладоши, и в ушах снова засвистело. В следующую секунду тишина сменилась гомоном военного лагеря.

Дух щелкнул пальцами, и полотна взметнулись вверх, открывая солдатам обитателей шатра. Дарий сделал еще одно движение, издал звук, напоминающий пенье птицы, и копошившиеся в лагере военные замерли, словно приросли к земле. Их лица исказились гримасами страха. Солдаты хватались друг за друга и слипались в ком рук и ног, чем сильнее они пытались помочь друг другу выбраться, тем сильнее срастались.

— Они так противно кричат, не находите? — нахмурился Дарий и издал еще один звук, на этот раз на вдохе, словно втягивая все голоса разом и проглатывая их. — М-м-м,,, Искренний, неподдельный ужас. Сладенький.

— Красиво, но ничего выдающегося. Я слыхал предания о магах, которые могли также, — проговорил король. Дарий вскинул брови и обернулся к принцессе.

— Если у тебя оба родителя такие, то я только что вообще все про тебя понял.

Вместо ответа Доминика только кивнула.

— Я могу дать тебе нож, и ты его просто убьешь, — с невинной улыбкой предложил дух. — Уверен, тебе силенок хватит.

— И хватит ума этого не делать, — усмехнулся Луис. — Если она оставит Юг без короля, то ей придется отправиться туда править. Иначе начнутся споры, гражданская война, а кому это нужно. А если она одержит победу здесь одна, то северяне навсегда испугаются ее, и ей снова придется пуститься в бега. В любом случае, расклад не из приятных.

— Ну и семейка, вы меня с ума сведете, многоходовочники, — простонал Дарий. — И что нам тогда делать? Сидеть и ждать, пока вы не договоритесь?

— У тебя все еще есть время передумать, — сказала Доминика, пытливо глядя на отца.

— Позволь напомнить, что я играю в эту игру подольше твоего, — улыбнулся король и сел за стол, закинув ногу на ногу. — Шут, покажи, что еще ты можешь.

***

— Я должен признать, иногда Доминика меня пугает. Хотя, если честно, я уже смирился. Мне везет на людей, которые действуют за моей спиной, вредят себе, а я потом живу с последствиями и чувством вины, — проговорил Куно.

— Самое печальное, что иногда эти поступки совершаются из лучших побуждений, — ответил Карстан. Они расставили последние подношения. Получилось, что корзинами они пометили дорогу от расщелины к Бернбергу, а дальше духи должны были найти дорогу к месту сражения.

— Не «иногда», а постоянно. Как правило, люди хотят, чтобы их любили настолько же сильно, насколько они жертвуют собой, и теряют берега, — поправил чародей.

— А ты никогда не хотел так собой пожертвовать?

— А толку? Зачем отрезать себе руку или ногу, язык или часть мозга? Потерянную часть тела любовью не заменишь.

— Порой жертвы необходимы.

— Порой, но не так часто, как мы привыкли думать, — ухмыльнулся Куно. Карстан довольно кивнул. На его губах заиграла умиротворенная улыбка. Он подошел к разлому Щербины и заглянул туда. Затем перевел взгляд на заснеженные горные вершины.

— Забавно, что каждый раз, когда нам кажется, что хуже уже быть не может, жизнь просто продолжается. Идет себе, как ни в чем не бывало, когда мы изо всех сил перекатываемся в новый день. А потом, в какой-то момент, мы и сами осознаем, что на самом деле все было и не так страшно.

Куно застыл. Он слишком хорошо знал этот тон, эти улыбки и внезапное философствование в совершенно не располагающих условиях.

— Княже…

— Я был рад познакомиться с тобой, верховный чародей Куно. Наставляй будущих князей со всей мудростью, на которую способен. И передай моему сыну…

— Карстан!

— …я делаю это ради него тоже.

Нож, которым он чертил руны на деревьях, блеснул и вонзился в солнечное сплетение. На черном одеянии не было видно крови, на секунду даже показалось, что это шутка. Вот, сейчас, согнувшийся мужчина выпрямится и с сиплым смехом похлопает Куно по плечу, а потом они вместе призовут древних духов, направят их по пути из подношений вперед, вслед за армией. Но Карстан только качнулся и непроницаемой тенью скользнул в разлом в скале.

Куно бросился вперед, выставил руку, пытаясь поймать, удержать, и рухнул на колени возле разлома, глядя в поглотившую Карстана черноту. Он сжал кулаки, мелкие камешки, ногти и лед впились в кожу, царапая до крови. А затем он закричал, молотя землю руками от бессилия. И разлом ответил ему рокотом и ревом неведомых тварей.