Князь сполоснул лицо водой, мокрые пряди прилипли ко лбу. Он устало вытер щеки и лоб ладонью и снова уперся взглядом в зеркало. Позади, немного смазано, мелькнула ярко-рыжая голова Эдвина. Мужчина развалился в кресле и наблюдал за Ладвигом. Локти упирались в колени, ноздри раздувались.

— Ты уверен?

— Мы продолжим действовать согласно плану, — раздраженно бросил Ладвиг, прикладывая холодную ладонь к разгоряченной шее.

— У тебя из-под носа сбежало само воплощение хаоса. Ты уверен, что тебе не нужно пересмотреть некоторые шаги? – хмыкнул Эд. Ладвиг бросил на него еще один испепеляющий взгляд.

— Если будем действовать быстро – можно надеяться, что пронесет.

— А знаешь, когда ты в последний раз говорил? Когда похищал Элизу из-под носа Фредерика. И чем это закончилось?

— Сейчас все по-другому.

— Да, сейчас ты просто похищаешь толпу магов из-под носа короля Луиса и собираешься дать им дом на севере. А у нас в это время по полям и долам рассекает чокнутый бессмертный старик, который может заговорить зубы любому колдуну и превратить его в свое орудие, — выпалил Эдвин, издевка в его голосе обернулась едким гневом.

— Маги будут на нашей стороне.

— Ты так в этом уверен? Думаешь, принцесса сможет запудрить им мозги настолько, чтоб они не стали выть от холода?

Доминика стиснула кулаки, ногти вонзились в ладони, оставляя полукруглые борозды. На губах Ладвига мелькнула мягкая усмешка. Доминика впилась в нее взглядом, пытаясь расшифровать до того, как он скажет хоть слово. Обычно ей это удавалось неплохо, она научилась его понимать, предугадывать следующее действие по одному движению глаз. Но в этот раз все в ней сопротивлялось, заставляло отвести взгляд, чтобы не узнать лишнего.

— Она справится. Я верю в нее.

Шумный выдох вышел таким сильным, что Доминика пошатнулась. Голова закружилась от слабо знакомого, но такого желанного теплого чувства. Голос Куно, раздавшийся внутри ее головы, словно чародей был рядом с ней, выдернул ее из оцепенения.

— Я верю, что это безумно интересно, но мне очень нужно, чтобы ты двигалась дальше, Дом. Ночь коротка, а в чертоге снов время движется вообще по-другому.

— Почему ты сам не пойдешь? – встряхнулась Доминика, следуя за световым шариком, сотканным Куно.

— Во-первых, они должны увидеть тебя, — улыбнулся Куно. Доминика ощутила легкое покалывание в тыльной стороне ладони, невесомое успокаивающее поглаживание. – А во-вторых, в одиночку предпринимать такое путешествие опасно. Лучше, чтоб тебя направлял кто-то знающий и, если что, мог вытянуть обратно.

— А как я пойму, что я на месте?

— Если ты захочешь найти чертог снов, он сам позволит тебе оказаться там. Постарайся крепко задуматься о нем, а то чем дальше ты бродишь, тем слабее связь.

— Что я могу сделать, если эти зеркала показывают мне только Бернберг? – словно в подтверждение своих слов, она приблизилась к еще одному зеркалу. Оно выходило в ее комнату. Там было все, как она оставила. Оставленные на кровати платье, огарок свечи – на загнувшемся черном фитиле плясал огонек, приближая собственное угасание.

— Перестань думать, — фыркнул Куно. – Это сложно, особенно для тебя, но я умоляю, постарайся, милая. Представь, что мозг – это мышца, и ты его расслабляешь. Не думай ни о чем. Просто представь, что там белое облачко.

Доминика послушно закрыла глаза и попыталась расслабиться. Темнота перед взором была как холст, и мысли рассыпались по нему цветным мерцающим бисером. Доминика стряхнула их, пока они не сложились в окончательный рисунок. Еще и еще раз, пока Куно не шепнул:

— Теперь представь Юг. Усыпанное звездами ночное небо. Холодный ветер. Десятки закрытых окон, за которыми, в своих постелях, спят люди. Дети, женщины, мужчины. Представь чародейский барак. Помнишь, как ходила ко мне туда?

— Готова поспорить, его за годы так и не перестроили, — улыбнулась принцесса. Память услужливо рисовала картинки из прошлого.

— В лучшем случае подвели канализацию, — хмыкнул чародей. – А теперь сконцентрируйся. Попробуй представить, что ты видишь каждого спящего. Что ты связана с каждым из них землей, общим домом.

Доминика кивнула, пытаясь нащупать эту связь. Она вспоминала, как играла в городе, сбежав из-под надзора матери и слуг, как без особого восторга отправлялась с Куно на вылазки в кабаки, переодевшись юношей. Как смотрела на уличные выступления чародеев. Как чародеи сплетали иллюзии прямо на улице, а холодный ночной ветер подхватывал радостные крики ребятни и уносил все выше и выше, в непроглядное бархатное небо. Она ощутила еще один порыв ветра на своем лице и распахнула глаза.