Мор, правда, поначалу скептически отнесся к моей затее, однако, как я уже говорил, появление ребенка что в городе, что в деревне воспринималось вполне нормально. В мелких деревушках на меня, разумеется, косились с подозрением. Там ведь каждый человек на виду, поэтому чужак сразу бросается в глаза. А вот в тех, что покрупнее, было относительно безопасно. Да и необязательно разговаривать со взрослыми – достаточно и простой ребятни.

Мы потратили на поиски маяков несколько дней, и нам все же удалось расставить на карте империи несколько десятков точек. А после того как у нас появились конкретные ориентиры, оставалось лишь соотнести относительно их расположение пометок Мора. И вот когда некоторые отметки почти совпали, а от других до нужного места оказалось всего двое суток пути, следовало лишь немного уточнить координаты, и можно было приступать непосредственно к поискам.

На то, чтобы отыскать первый проклятый камень, у нас ушло еще несколько дней, но лишь потому, что осколок чужой души оказался утоплен на дне реки.

Второй я подобрал в какой-то глуши, и для этого его пришлось выкапывать из глубокой ямы.

Третий нашелся на окраине малонаселенной пустыни вблизи границы королевства Шэйр, о существовании которого я, если честно, до этого дня даже не подозревал. [11]

Четвертый пришлось выколупывать из жерла потухшего вулкана.

Пятый и вовсе оказался заброшен в дремучий лес…

– Какого демона они оказались так далеко друг от друга? – проворчал я, в очередной раз склонившись над картой в поисках нового осколка. – Мор, их что, кто-то специально по самым труднодоступным местам развозил?

– Я бы предположил, что это, скорее, стало результатом взрыва… Хотя ты прав – ни один взрыв не сможет погрузить проклятый предмет в раскаленную лаву и одновременно утопить второй осколок на дне озера, которое расположено на другом конце империи. А третий закинуть на вершину какой-нибудь скалы. Для этого нужен глобальный катаклизм. Ну, или прямое божественное вмешательство. Но вряд ли я был при жизни настолько важен, что ради меня кто-то из богов вдруг соизволил снизойти.

– Тогда что же остается? – задумался я, ненадолго оторвавшись от карты. – Спонтанный портал? Может, твой артефакт когда-то стоял в центре скверны, а затем его раскололо и осколки повыкидывало на поверхность случайным образом?

– Как вариант. Хотя сомневаюсь, что пять тысячелетий назад в мире существовала хоть одна скверна, способная одновременно создать несколько сотен пространственных разрывов.

– А если это происходило постепенно?

– На протяжении многих лет?

– Или веков, – согласился я.

Но Мор, поразмыслив, отрицательно качнул головой:

– Нет. Камни я ощущаю давно. И за то время, что себя помню, новых среди них точно не появилось.

– Тогда остается только серия спонтанных порталов. Или же неизвестная науке магия, способная на могучий взрыв, искривление пространства, а может, то и другое сразу. Думаю, стоит потолковать со столичными хронистами и выяснить, не случалось ли пять-шесть тысячелетий назад каких-то событий, способных это объяснить.

Мор только фыркнул.

– Шутишь? Людская память даже с помощью летописей может более или менее достоверно описать лишь события последних столетий. Максимум тысячу-две лет назад. Нет, Вилли. Нам нужно как можно скорее собрать другие осколки. Возможно, какой-нибудь другой я помнит, что с нами произошло, а кто-то третий сохранил знания о том, как мне собрать себя воедино.

После этого разговора я целиком и полностью сосредоточился на поисках, переложив заботу о доме на плечи отчаянно скучающего Нардиса. За несколько месяцев, которые мы рывками путешествовали по всей империи и за ее пределами, он с тоски едва не удавился. Силы к нему, правда, возвращались, но слишком медленно, чтобы от него была серьезная польза. И тем не менее после того, как он заново научился ходить без посторонней помощи хотя бы до ближайшего трактира, дело пошло веселее, и вскоре парень заметно оживился. Стал понемногу заниматься хозяйством. От нечего делать взялся за чтение умных книг, уборкой, а потом и готовкой, благо в средствах его никто не ограничивал.

Еще через несколько недель он окреп настолько, что захотел вернуть часть прежних обязанностей и, раз уж я представил его как посредника, взял на себя труд вести дела с Леманом. Хотя бы там, где не нужно было много ходить или имелась возможность взять экипаж.

На удивление быстро освоившись в новом качестве и даже завоевав у подчиненных Лемана некоторый авторитет, он пришел к мысли, что должен усерднее восстанавливать физическую форму, поскольку чересчур слаб для той работы, что я ему поручил. Для этого он наделал во дворе примитивные снаряды для занятий. Завел по утрам привычку делать зарядку. Полностью пересмотрел свой распорядок, стал более собранным и пунктуальным. Более ответственно отнесся к своему рациону. А в довершение всего где-то отыскал мающегося от безделья отставного вояку, к которому теперь трижды в неделю ходил постигать науку рукопашного боя. Впрочем, не только его.

Я подобные перемены только приветствовал – спустя три месяца после начала занятий Нардис наконец-то стал похож на себя прежнего. И пусть ему все еще было нечего делать возле спонтанных порталов, пусть в самой важной работе он ничем не мог нам помочь, однако со всем остальным он справлялся отлично и всего за несколько месяцев превратился из неплохого слуги и весьма посредственного воина в опытного казначея, умелого повара и довольно приличного бойца, которого можно было без опаски отпускать с деньгами в самые злачные места столицы.