Шрифт:
Он уже привык, что его деньги и габариты помогают решать все проблемы, а тут такая ерунда…
Денег он не пожалел, а просто забыл купить билеты. И только вчера приобрел в три цены на эти места для бедноты. Дочка и жена начали пилить его, как только они сели. Он только отдувался, думая, как решить этот вопрос.
И тут он заметил, что рядом со сценой есть три свободных места. Несмотря на то, что все окружающие места была давно заняты, на них никто не садился.
И он решил, что стоит немедленно занять их, и тут места заняли какой-то молодой щегол с молодой девушкой и женщиной лет за сорок.
Но Георгий Николаевич уже двигался к пустым местам вместе со своей семьей, так что решил пойти нахрапом. посчитав, что молодой парень струхнёт и уступит. Но не получилось.
— Ничего, в антракте мы с тобой поговорим, — еле слышно сказал Георгий Николаевич, глядя в затылок своему обидчику.
ГЛАВА 5
Женщины завороженно смотрели идущий спектакль, не отрывая глаза от сцены, наслаждаясь каждой минутой действа.
Герман с удовольствием смотрел на живого и относительно молодого Караченцова, который великолепно играл, как делал это каждый раз при выступлении в этой рок-опере.
И блистательные Александр Абдулов, тоже ещё живой, и Виктор Раков… Инна Пиварс в роли Кончиты была хороша, но на взгляд Германа Алёна Хмельницкая играла лучше. Но всё это вкусовщина, так что…
Объявили антракт и Герману чуть ли не силком пришлось выводить тёщу и Настю из зала. Те никак не могли отойти от того, что любимый спектакль они видят здесь и сейчас в живую. Надо было сходить в буфет, куснуть чего-нибудь.
— Караченцев просто душка… — закатывала глаза Наталья Николаевна.
— А Абдулов? А Раков?.. — вторила ей Настя.
Женщины живо обсуждали первую часть рок-оперы, стоя за столиком на длинной ножке, поглощая небольшие салатики, заедая их бутербродами, которые были куплены для них Германом в буфете.
«Ага, и ты тут! Ну это просто замечательно… Бабы, говоришь!», метрах в пяти от них за другим столиком стоял этот боров со своими жирными созданиями.
Судя по тяжелому взгляду «нового русского», тот отслеживал Германа, будто ожидая чего-то.
— Ну и отлично, — тихо под нос сказал он сам себе: — Дамы! Мне пора попудрить носик, — обратился он к женщинам.
— Э? — Настя аж рот открыла.
— Герман, ни дня без шутки, да? — дернулись вверх уголки губ тёщи.
Он пожал плечами и пошел «пудрить носик» и учить одного невоспитанного человека манерам.
Мама с дочкой продолжили активно обсуждать рок-оперу, актеров и их игру.
— Ну всё, шкет, копец тебе, — раздался сзади голос, когда Герман мыл руки над раковиной.
— О, вот и Пятачок пришел! — он спокойно завернул краны, а потом повернулся к вошедшему в туалет борову.
— Ты знаешь кто я, ты на кого наехал? Да я тебя… — понесся обычный гнилой базар, возомнившего себя элитой земли русской.
— Пятачок, ты оскорбил моих дам. Тебе в пятак дать или в жирное пузо? — оборвал его Герман.
— Сука! — взревел боров.
Всё-таки борцы не «ударники», неумелый размашистый удар в голову Германа пролетел над самой макушкой, когда он спокойно присел, пропуская кулак.
— Агх-х-х, — мощнейший удар, выпрямившегося Германа, кулаком правой руки прилетел прямо в живот борова.
— Значит в пузо! — сам себе кивнул Герман.
Георгий в какой-то степени гордился своей физической формой, не часто, но продолжал заниматься вольной борьбой в одном из спортивных залов. Да, пиво не пошло на пользу, а его он любил, — отрос живот.
Но он даже гордился, когда шутки ради просил «пробить» ему «пресс», кого-нибудь из друзей. Всё-таки оставшийся, какой-никакой мышечный каркас на животе, прикрытый «броней» жира в четыре сантиметра не давал возможности причинить ему какую-то сильную боль. И любой, даже сильный удар от партнеров в живот, он спокойно воспринимал.
Только вот сейчас ему показалось, что вроде бы щуплый паренёк, на фоне его габаритов, всадил ему в живот бетонный столб.
— Ты чего наглый такой, Пятачок?
— Ахг-ы-ы, — Георгий почувствовал, что воздух еле-еле протискивается в его сжатое будто металлическими штырями горло.
Герман сразу, как туша попыталась согнуться от боли и упасть на пол, схватил пальцами левой руки за горло мужика, а потом поднял всю сто десятикилограммовую тушу, рассматривая борова, как таракана.
— А… — раздался возглас со стороны.
— Вы что-то хотели? — спросил Герман, повернув голову и увидев, что из кабинки вышел какой-то совсем молодой щуплый парень с интеллигентным лицом.