— Согласна, красивая пара, и дети будут красивые.

— Наши не хуже будут, — хмыкнул Герман и взглянул на жену.

— Герман, мы же договари…

— Цс-с, я всё помню. Никаких детей, пока не окончишь университет. Я абсолютно не против. И не собираюсь тебя торопить. У нас еще полно времени впереди, но после получения диплома — обязательно. Ты обещаешь?

— Да, — она прижалась к мужу и зарылась носиком ему подмышку…

Герман и сам не хотел торопиться, т. к. боялся поменять будущее, где в 2004 у него родилась — Дочка. Его Алёнка, которую он любил до умопомрачения. Ранняя беременность Насти могла лишить его своей любимой дочери. Он не хотел этого. Но вот после рождения Алёнки, он точно настоит минимум еще на одном ребёнке, а лучше двух…

— Два основных акционера «Сильвинит» вышли на меня. Но побаиваются, т. к. один акционер с небольшой долей будет резко против, а он бандит, по их словам, — Алекс сидел в переговорной «Титана» и пил кофе.

— Значит будем решать проблемы по мере их поступления. У бандитов же что? — Герман обвел глазами партнеров. — У них жизнь короткая. Сегодня он живой, бегает, а завтра его в гробу несут. Ещё подождем, пусть дозреют. Что у нас по заработкам?

— Неплохо, очень неплохо, — улыбнулся Алекс. — Медленно, но верно начали расти продажи. Каждый месяц отмечаем рост, крохотный, но обнадеживающий.

— А чего с новокупленными предприятиями?

Прошел почти месяц, после их прибытия на Родину.

Активно перестраивали два бизнес-центра из старых государственных учреждений. Большинство других объектов пока были заморожены из-за отсутствия денег.

«Уралалмаз» и «Уралкалий» потихоньку оживали, происходила медленная, но замена наиболее изношенной техники, по мере возможностей.

Радовал «Уралалмаз», который стал выдавать на гора достаточно сырья, особенно после ввода обновленной драги. При том что она из четырех драг сейчас ремонтировалась.

«Уралалмаз» радовал, если можно так сказать, за пять месяцев владения им было добыто алмазов на чуть больше 16 000 карат.

— Ты был прав, Герман, наша СБ уверена, что меньшую часть алмазов расхищали работники, сейчас идёт очень серьезная работа в этом направлении. Ну а большая часть алмазов просто не учитывались по бумагам. Количество добытого просто занижалось.

— Кто-бы удивлялся! — рассмеялся Герман.

— Проблема в другом, — продолжил Манара. — Алмазов много, а куда их сбывать — непонятно.

— Поясни? — настроился на серьезный разговор Герман.

— Согласно указа Президента от 31.08.1998 года N 1003, мы должны продавать до 75 % на территории области, остальные 25 % можем на свободном рынке, если их откажется приобрести Гохран РФ.

— И?

— А кому мы продадим? Пенсионерам и учителям? Здесь нет такого количества покупателей, просто и тупо — нет!

— А Гохран?

— А им столько не нужно! Они и 25 % не выбирают. Только 15 %, да ещё по низкой цене. Но готовы брать все 25 %, но с уплатой денег потом, когда-нибудь…

— Значит никогда, — заключил Герман. — Ладно, а сколько у нас по бумагам отражено? — оживился Герман, сначала взгрустнувший от услышанного.

— Ха, дураков нет. По бумагам у нас половина отражается, — засмеялся Алекс.

— Маладэц, скушай взятый с полки пирожок, — хлопнул рукой по столу от избытка чувств Герман.

— Ну дык, — продолжал смеяться Алекс, а потом и Манар похватил.

— Так, Алекс, а давай-ка мы доедем до наших любимых партнёров в Москве.

— Ты думаешь? — Алекс на задал конкретного вопроса, он сразу врубился в то, что хочет сказать ему Герман.

— Ты таки знаешь, где на Западе можно продать алмазы? Вернее, ты таких людей знаешь? Можешь не отвечать — это был риторический вопрос. Выйти на рынок и крикнуть — продаю алмазы, можно, только боюсь, что начнётся столько вопросов, что лучше застрелиться. Так что да, едем к нашим друзьям

— А это… — Илья Сергеевич, а с ним и Ерофей Петрович рассматривали лежащие перед ними на столе на высыпанные в небольшую серебряную тарелочку небольшие камешки: одни из них были совершенно прозрачные, другие чуть-чуть отливали синевой, были алмазы фиолетовые, золотистые, желтые, голубые…

— Это необработанные алмазы, — Герман отпил капучино.

— Какие-то маленькие, — Ерофей Петрович осторожно взяли один из них и положил на ладонь, рассматривая его вблизи, — и…

— Невзрачные, — закончил за него Герман. — Ну так и неудивительно. Они необработанные. Да и сами уральские алмазы почти все небольшие, но ценят их за их химическую чистоту и соответственно высокое качество. Из них более 90 % — ювелирные. И цена их из-за этого большая. Они, например, дороже якутских в десять раз.