— Что с противолодочной обстановкой?

— Подлодки противника в оперативной зоне не обнаружены, минная обстановка спокойная, — бодро отозвался отвечающий за ПЛО офицер.

— Директива на начало операции не поступала?

— Пока нет, сэр. Ждём, — доложился начсвязи.

Хорэн опустил бинокль и недовольно поморщился. Операцию «Inevitable retribution» («Неотвратимое возмездие») предполагалось начать в ноль пятьдесят по центрально-европейскому времени, а на часах было уже ноль пятьдесят два. Всего два оборота секундной стрелки, а самые нетерпеливые (и он, в том числе) уже бьют копытом. На «адмиральском мостике» сейчас собрались едва ли не все из походного штаба АУГ, включая связистов и шифровальщиков. Никто не хотел пропустить этот исторический миг — начало новой эры в политике, когда больше никто… никто и никогда больше не сможет бросить вызов единственной оставшейся на планете супердержаве.

— Есть квитанция, — четко прозвучало в неожиданно наступившей тишине.

А через мгновение:

— Силы и средства приступили к выполнению директивы ОКНШ.

В ту же секунду мир за спиной командующего загудел голосами, защелкал тумблерами переговорных устройств, застучал клавишами компьютерных клавиатур, запищал сигналами данных, поступающих на мониторы БИУС…

— Ваш кофе, сэр.

— Благодарю, Майк, — кивнул контр-адмирал, принимая чашку из рук вестового.

Это стало почти традицией. Каждую операцию и каждый утренний брифинг начинать с порции кофеина. Ярусом выше, в ходовой рубке, вкушал ароматный напиток капитан «Гарри Трумэна», то же самое делали сейчас командиры эсминцев, крейсера, вспомогательных кораблей и судов обеспечения.

Хорэн был абсолютно уверен в грядущем успехе. Мощнейшая ударная группировка, собранная в Средиземном море, в зоне ответственности 6-го флота, предполагала или капитуляцию противника, или его полный разгром.

Авианосец «Гарри Трумэн», крейсер «Норманди», одиннадцать эсминцев УРО «Дональд Кук», «Карни», «Росс», «Портер», «Черчилль», «Арли Берк», «Балкли», «Форест Шерман», «Фаррагут», «Салливанс», «Джейсон Данхэм», многоцелевые фрегаты «Элдер» и «Николас», танкеры, тральщики, разведывательные корабли, транспорты с боеприпасами, полсотни ударных самолетов, четыреста с лишним крылатых ракет в одном залпе, связанные в единую сеть системы боевого управления «Иджис» и ACDS, авиация ДРЛО, РЭБ, противолодочные и десантные вертолеты.

Кто может противостоять на море подобной махине? Русская флотилия из десятка боевых кораблей рангом не выше фрегата и общим водоизмещением менее пятидесяти тысяч тонн?.. Даже не смешно. Стоило опасаться только русских дизель-электрических подлодок. Их до месячной давности «атомной катастрофы» находилось в этом районе то ли две, то ли три, а точно установить, исчезли они так же, как сопровождающие АУГ субмарины типа «Вирджиния», или нет, к несчастью, не удалось.

Хотя и командование флота, и сам Хорэн не считали это серьезной проблемой. Противолодочной обороне хватало ресурсов, чтобы отразить любую атаку из-под воды. Жаль, конечно, что пять лет назад сняли с вооружения привычные S-3A «Викинг», однако теперь их с успехом заменяли многоцелевые «СиХоки» и барражирующий над группировкой P-8 «Посейдон», один из двух сохранившихся после «атомной катастрофы» на базе в Неаполе…

— «Дональд Кук», запуск ракет завершен… «Балкли», тридцать одна выпущена, один отказ… «Форест Шерман», тридцать два пуска, отказов нет… — шли один за другим доклады с эсминцев.

Контр-адмирал мог наблюдать за частью запусков крылатых ракет в режиме реального времени, прямо из рубки, через обзорные иллюминаторы. Даже с учетом того, что ближайший из производящих залп кораблей находился на расстоянии около мили от авианосца, это было феерическое зрелище. «Томагавки» взмывали над палубами вертикально вверх и, описывая в воздухе огненную дугу, уходили в ночь, словно волшебные файерболы. Красочности в картинку добавлял стелющийся над водой дым, раскаты рукотворного грома и отблески пламени на волнах, напоминающие сплетающиеся в неповторимый узор десятки лунных дорожек.

Гром и молния, сила и мощь, шок и трепет — всё это уже через час должно было свалиться на голову ничего не подозревающего противника. Или подозревающего, но не способного ничего противопоставить массированному удару. Даже половины, даже одной трети прорвавшихся через противовоздушную оборону ракет хватало, чтобы вывести из строя главную цель — авиабазу Хмеймим, оплот русской авиации в Сирии. Впрочем, на это командующий группировкой пока не замахивался. По плану операции, Хмеймим должны были разнести «Фальконы» и «Иглы» с наземных аэродромов Ирака, Саудовской Аравии и Кувейта. Задача же средиземноморской АУГ состояла во вскрытии вражеских систем ПВО и нейтрализации базирующихся на Тартус русских боевых кораблей…

— Через десять минут поднимайте сто третью, — закончив с кофе, скомандовал Хорэн.

— Весёлых Роджеров? — уточнил замначштаба.

— Да. Задача стандартная. Патрулирование…

Странно, но факт. Сегодня авианосец, являющийся ядром группировки, играл, скорее, роль вспомогательную, а не главную. Главная отводилась эсминцам УРО. Именно они наносили удары по целям, а самолеты лишь обеспечивали прикрытие. В небе над мини-эскадрой уже висели два «Гроулера» и «Хокай», обеспечивая радиоэлектронное подавление и дальнюю радиолокационную разведку. В самое ближайшее время к ним должна была присоединиться эскадрилья «Суперхорнетов». Двенадцать машин, снаряженные как истребители-перехватчики и патрулирующие акваторию в оперативной зоне АУГ. Ни один вражеский самолет не должен выйти на боевой курс для удара по кораблям, ни одна чужая ракета не должна прорваться через эшелонированную ПВО.

Настоящий праздник на улице авиаторов начнётся чуть позже, когда придет время уничтожать русский флот. Контр-адмирал знал, что при массированной атаке на их базу русские задействуют для отражения налёта все силы и средства, в том числе, зенитные комплексы покинувших причалы Тартуса кораблей. Попытки перехватить летящие к берегу «Томагавки» неизбежно приведут к выявлению позиции вражеских сторожевиков и корветов. И вот тогда на их уничтожение можно будет направить сразу три ударные эскадрильи F/A-18E с противокорабельными «Гарпунами» на подвесках. А дальше уже дело техники. Западный фланг сирийского фронта окажется беззащитным перед ударами с моря и воздуха, авианосец может подойти ближе, на расстояние боевого радиуса «Суперхорнетов», и, прячась от наземных противокорабельных комплексов в тени острова Кипр, получит возможность практически безнаказанно наносить удары по побережью.