Мне иногда кажется, что бюро выбрало этот объект не по остаточному принципу, мол, берите, что есть, другого все равно не будет, а специально, в целях конспирации. Кто же догадается, что на территории бывшей «плодоовощной базы» организована секретная лаборатория?

– Входите, – отозвался на мой робкий стук в дверь бодрый голос начальника.

– А, это ты. Проходи. Присаживайся… Чего тебе? Хорошо, что зашел. Как я и обещал, тебя зачислили на второй курс юридического. Поздравляю. Вот, смотри, приказ о зачислении.

Да не здесь. Выше смотри, фамилию новую, что ли, подзабыл?

– Спасибо огромное вам, но я пришел по другому вопросу.

Я максимально сжато, но с выразительной интонацией передал наш разговор с Сергеем, акцентируя внимание Николая Николаевича на своем желании помочь.

– И что тебе ответил Тарасов? – нахмурившись, спросил начальник.

– Он не против. Со мной ему будет проще. Проблема в этих именных клубных карточках… С прошивкой. Вы же знаете эти сложности. Можно запалиться…

– Не понял, – Ник Николс поднял на меня недоуменный взгляд.

– Запалиться? Это как?

– Ну, – я начал лихорадочно вспоминать синонимы этого слова, – проколоться… Нет, нет. Точнее сказать, испытать большие трудности с выполнением поставленной задачи. Вот…

– Почему же сразу нельзя сказать по-человечески? – раздухарился мой начальник. – А то – запалиться, проколоться… Тьфу! Весь русский язык испоганили! И еще эти иностранные словечки. Вот у меня внук, Семеном зовут. Отличное имя, как у маршала Буденного. Бегает по дому и лопочет: «Кутюх… Кутюх», – ничего не разберешь. Никто понять его не может. Что это за слово такое – «Кутюх». Ладно. Ему всего два года, он дитя еще малое, несмышленое. А вы великовозрастные балбесы. Вас слушать – совсем дело неблагодарное. Знаешь хоть маршала Буденного? А ну, просвети меня…

– Заманил обманом батьку Махно и порубал как капусту. А он помогал нам Сиваш брать.

– Бандит этот Нестор… Ты, вот вижу, разбираешься. А нынешняя молодежь, кроме Венома и, как там его – паука – ничего не знает. Историей совсем не интересуются. Ни одного военачальника времен Гражданской войны не знают, зато прекрасно информированы, откуда взялся этот Веном и куда делся человекпаук. Кругом одни импортные выражения. Вот наш русский замечательный поэт Пушкин. У него надо вам всем поучиться. – У него, вообще-то, прадед по матери был африканец.

– У кого африканец?. У Пушкина? Ты еще скажи, что Сережа Есенин был турком. Ты мне это брось… Насмотрелся интернета. – Ошибся наверняка. Спутал, видимо, с другим… поэтом.

– Вот то-то, – удовлетворенно хмыкнул начальник. – Посмотрел я намедни тут твою анкету. В армии не служил…

– Так точно, товарищ генерал-майор. Не служил, – отрапортовал я, вытянувшись по струнке.

– Полковник.

– Извините, товарищ генерал-полковник, ошибся.

– Гвардии полковник, 13 парашютно-десантной бригады. Ты хоть знаешь, стажер, что это за войска?

– Фильмы смотрел… Это диверсанты в военное время были…

– Фильмы, диверсанты, – заворчал Николай Николаевич. – Много ты понимаешь. Хотя суть правильная. Мне тут одна книжонка попалась про войну. Фамилию автора забыл, а название – «У каждого свой путь». Так вот, там двое ребят в наше время немецкий схрон… тайник нашли, с чертежами легендарной «Катюши», и предателя за одно разоблачили. Все, конечно, интересно, но эти словечки… Проще и понятнее надо говорить и писать. Тогда и читать будут нормальные люди.

– Эмансипация.

– Что?

– Освобождение от условностей и предрассудков. Вот и стараются выразиться, идя в ногу со временем.

– В ногу со временем. А ты, я смотрю, прикольный чел.

Тут мы дружно засмеялись. Я тихонько в кулачок, ну, а товарищ гвардии полковник – по-настоящему ржал, как боевой командир кавалерийского эскадрона. Видимо, скрытая привычка такая, чтоб затаившийся неподалеку враг принял его смех за ржание заблудившейся в кустах лошади.

– Молодец. Люблю смелых и напористых. Я из вас сделаю людей! А то – Клетчатый… Узнаю, кто придумал… Устав заставлю выучить наизусть этого умника! Дождетесь у меня… Кто еще знает про это твое желание?

– Кроме Сергея Тарасова… Света.

– Света, говоришь? Похоже, у вас друг от друга секретов нет. Это ценный наш кадр. После нескольких фатальных неудач подряд отправилась к этим козлам в виртуальный мир. Не каждый бы на это решился. Похвально твое стремление помочь товарищу, но однозначно – нет. Тебе еще многому научиться надо. Все, ступай… Надо поразмышлять.

Попрощавшись, я уже было направился к двери, как вдруг снова услышал командный голос гвардии полковника:

– Постой. А как у тебя с английским?