– Нормально. Изъясняться и читать могу. Правда, с вестминстерским акцентом.

– Ладно. Ступай, – начальник махнул мне рукой, видимо, не до конца оценив мою шутку.

Интересно, все-таки, какой формат и сколько страниц в этом уставе воинской службы?

Через три дня после моей содержательной беседы с Николай Николаевичем, проболтавшись все утро с моим добрым приятелем Блохастым по территории базы, я решил проведать Татьяну, чтобы узнать последние сплетни из жизни местной богемы.

Таня, как обычно, суетилась возле своей установки, проверяя ее функциональные возможности. И это было понятно. Уникальность ценной аппаратуры состояла не только в том, что у нее не было аналогов во всем мире, она еще вдобавок была сконструирована в единственном экземпляре. Поэтому изобретение нужно было беречь как зеницу ока. Вдруг завтра труба позовет в бой с мировым империализмом?

Каково же было мое приятное удивление, когда Татьяна сообщила, что с сегодняшнего дня с меня снят карантин, а в месте с ним и все ограничения на передвижение! В доказательство своих слов она торжественно вручила мне небольшое устройство, напоминающее мобильный телефон, но без экрана и обычных кнопок. На серой пластмассовой поверхности этого устройства было всего две кнопочки – красная и зеленая.

– Вот, держи. Это телефон… Необычный, – Татьяна приступила к инструктажу. – Ты с него позвонить никому не сможешь, звонить можно только тебе. Если запиликает, то нажимай зеленую кнопку и говори. А красная… Нажимай ее, когда захочешь связаться с кем-нибудь. Наш оператор соединит.

Тебе перезвонят. Понятно?

– Понятно. Слышал про такие шпионские штучки. У оператора, как я подозреваю, есть список тех, с кем можно общаться?

– Типа того. Это закрытая линия, звонок невозможно отследить, а тем более – подслушать разговор. Связь кодирована.

– А я слышал, что все это туфта. И нормальная разведка, типа «Моссад», легко слушает и WhatsApp, и даже Telegram.

– Отстань! Не знаю таких тонкостей. Но мир не совершенен, это точно. Вот, распишись, что все понял и средство связи получил.

– Значит, я теперь могу гулять не только по территории этого богоугодного дома отдыха? – уточнил я у девушки, одновременно расписываясь в тоненьком журнальчике напротив моей новой фамилии.

– Да. Можно еще и в нашем хвойном лесу, сразу за забором. Тем более, говорят, что грибы уже пошли… Шучу, – смеясь, подколола меня Татьяна. – С сопровождающим можешь выходить за пределы базы, но не дальше Садового кольца.

– С сопровождающим? Что за фигня, – настроение стало немного портиться.

– Не переживай. Этому спутнику ты будешь рад… Поверь мне.

Закончив все формальности и раскланявшись с Татьяной, я прямиком направился к помещению охранников нашей «Плодоовощной базы», обдумывая на ходу мои дальнейшие путешествия после добровольно-принудительного заключения.

Широко зевнув во все тридцать два зуба, старший смены подтвердил мои притязания на свободу перемещения вплоть до Садового кольца, но с маленьким уточнением – возвращаться не позднее 19 часов.

– Почему так рано? Чтоб передачу с Хрюшей и Степашкой не пропустить?

– Указание начальства, – на все мои возражения шаблонно ответил здоровенный парень, одетый в военную форму цвета хаки, с бейджиком на груди. – Наше дело маленькое. Что-то не устраивает – иди сам договаривайся… Но его сейчас нет. Может, и не будет сегодня.

Вступить в дальнейшие пререкание с законной властью мне помешал писк моего нового телефона. Вначале я даже не понял, что это за звук, и начал лихорадочно искать глазами источник этого писка в помещении охраны, но бдительный страж учтиво сориентировал меня на карман моих джинсов.

Почему-то у меня не было ни малейшего сомнения, от кого исходит звонок. И я не ошибся. Договорились встретиться через два часа возле центрального здания главного корпуса университета, по адресу Мясницкая 20.

– Да. Еще… Документы захвати все с собой, – в конце разговора Света дала мне ценное указание. – Будешь знакомиться с новым местом твоей учебы.

Добрался до университета раньше времени и достаточно быстро. Чем слоняться по территории базы, пиная несуществующую консервную банку, лучше лишний раз поглазеть на Москву.

Быстро уладив все бюрократические процедуры в деканате университета, мы отправились реализовывать нашу культурную программу. А точнее сказать, искать недорогое, но приличное кафе. Потом долго гуляли в парке, нежно взявшись за руки, как маленькие дети, и гадая по пути на попавшейся случайно под ноги ромашке; кормили почти с рук белых, верных друг другу до конца жизни, лебедей, величаво поглядывающих на нас; бросали, звонко смеясь, серебряные монетки в фонтан и загадывали желания, причем держа их в обязательном секрете; рассматривали свежий репертуар на афишах у попавшегося на пути не большого театра, обсуждая, а не сходить ли нам на какой-нибудь спектакль. Но строгое указание начальства – быть на базе не позднее 19 часов – ставило крест на многих наших беспечных планах.