— Ну я примерно так и думал. — резюмировал Варден. — Что за светящийся меч?

— Особая эльфийская магия. — буркнул принц. — Действует только на нежить.

— А больше пока и не нужно. — Мейсис вернулся на место, откинулся на спинку и, выпрямив ноги, положил руки на стол. — С тобой, Никанор, не соскучишься.

— Мне говорили. — не стал спорить Ник.

Он бросил взгляд на притихшую Юлланай, но та сверлила Варедна сердитым взглядом и, похоже, ждала возможности высказаться. Дочь капитана. И маг. Надо же!

— В общем дело обстоит так. — прервал молчание глава Черных Соколов. — Мне поступил заказ на Героя Лаода. — Никаниэль удивленно встрепенулся. — В городе неподалеку, по ночам на кладбище начала твориться какая-то кфханотень. Это с их слов. И они готовы платить любые деньги, чтобы от нее избавиться. Поэтому, штрейс Никанор, приказываю тебе собрать группу из пяти человек и завтра утром отправляться в Фарлонд. Проводник будет ждать на развилке.

— И да, — спохватившись, добавил Мейсис, — в состав группы уже включены Гвойнан и маг Юлланай. Заодно и разберетесь что там у вас с магией. Вопросы?

— Могу я взять с собой Трайнарв? — Ник резонно рассудил, что при встрече с «кфханотенью» поддержка жрицы Аракая лишней точно не будет.

— Нет. — отрезал капитан. — Можешь идти. И, я надеюсь, нет необходимости напоминать, что услышанное тут должно сохраниться в тайне?

Никаниэль на мгновение задумался, не нужно ли спросить о чем-нибудь еще, но, встретившись взглядом с Мейсисом, понял, что сейчас для этого не лучшее время. А потому, коротко кивнув, покинул шатер.

Стоило Нику выйти на свежий воздух, как на него тут же обрушилась вся гамма ночных звуков, а вот гневная отповедь начатая Варденом в адрес Юлы наоборот оборвалась. Похоже все-таки на действие какого-то артефакта.

Добравшись до части лагеря, где расположились они с товарищами, принц обнаружил Малема, одиноко сидящего возле потухшего костра. Свесив подбородок к груди, тот невидящим взором смотрел на краснеющие в темноте угли. Последнее, что осталось от некогда жаркого пламени.

Пододвинув чурбан, Никаниэль присел рядом с другом. Он собирался сказать что-нибудь приободряющее, но нужные слова никак не желали приходить на ум. Ник хотел помочь Малеммилу приобщиться к магии, коснуться столь вожделенного таинства, а в итоге сделал только хуже. К сожалению, так всегда и бывает: хотел как лучше, а получилось… то что получилось.

— Вот скажи, Ник, — через некоторое время нарушил молчание Малем. Его бодрый обычно голос был полон тоски и горечи, — почему один желает чего-то всем сердцем, но не может этого достичь, а другим все достается на блюдечке с голубой каемочкой? Вот как так? Юла же будет теперь тебя учить?

Сперва принц хотел ответить, что нет, но потом подумал, что капитан вряд ли упустит возможность заполучить в свои ряды еще одного мага. Пусть и нелегальным путем. Трайнарв же он, в конце концов, скрывает. Одной тайной больше, одной меньше. Тем более что их, похоже, у Мейсиса хватает.

— Я понимаю — стихийные щиты. — продолжил тем временем Малем. — Как сын аристократа ты унаследовал способности к эльфийскому колдовству. Я понимаю — некромантия. Дар к ней редок, но он мог быть у тебя с рождения. Но людская магия, Ник, это же невозможно… — он поднял голову и посмотрел в глаза другу. В отблесках углей в них виднелось непонимание, печаль, зависть…

— Я честно не знаю, Малем. — тихо ответил Никаниэль. — Юлланай тоже сказала, что так не бывает, но… Как-то же оно произошло.

Малеммил покачал головой.

— Это не нормально, Ник. Возможно тебе стоит вернуться домой? Пойти к магам, жрецам. Нормальным, а не таким как здесь. Может тебя там уже простили? Может они смогут помочь?

— Что? Нет! — принц сам не заметил, как повысил тон и ему пришлось усилием воли вернуться к шепоту. Не хватало еще разбудить остальных. — Я не вернусь назад без некроманта! Без Элен мне нечего делать в Эльфхейме!

Вновь покачав головой, Малем медленно поднялся на ноги и, бросив последний взгляд на друга, побрел к себе в палатку.

Ник понимал, конечно, чувства Малеммила. Тот, всю жизнь грезивший о магии, завидовал и ничего не мог с этим поделать. Но вернуться домой? Без шанса воскресить Элельен? Как он мог такое предложить? Это совсем не похоже на Малема. Неужели ему настолько тягостно присутствие рядом кого-то с магическими способностями? Но раньше же как-то справлялся.

Так и не придя к окончательному мнению, Никаниэль решил позже поговорить с другом начистоту и выяснить все из первых уст.