И именно так их увидел молодой паж в серо-фиолетовой ливрее.

Бледный от страха юноша дрожал осиновым листом на ветру и часто, прерывисто дышал, вертя головой во все стороны. А заметив вышедшие из-за деревьев фигуры, и вовсе плюхнулся на задницу, бешено вращая глазами.

— Г-господ-да н-н-некроманты? — пустив петуха, пискнул он, с трудом уняв ходившую ходуном челюсть.

Колдун не спешил почтить парня ответом, и принц, стоя на полшага позади, тоже не вмешивался. Похоже немертвый маг был прекрасно осведомлен о всем происходящем на подвластной ему территории. И вряд ли он решил выйти поболтать с обычным слугой, осмелившимся вступить на запретную землю.

— В-вас желает в-в-видеть г-господин граф. — по-прежнему заикаясь, выпалил паж.

Некромант не издал ни звука и не шелохнулся.

Тогда, не спуская глаз с до икоты пугавших его личностей, юноша медленно поднялся на ноги и попятился к выходу из леса. Колдун двинулся следом. Не отставал и Никаниэль. Он не знал ни замыслов Учителя, ни с какой целью прибыл представитель местной знати (особенно после провала корпуса противодействия), но, в любом случае, скоро все должно было проясниться.

Едва покинув сень мрачно нависавших деревьев, Ник обнаружил чуть поодаль целую делегацию знати в сопровождении нескольких солдат, мага красных одежд и парочки разодетых жрецов светлых богов. Все они — кто верхом, а кто на своих двоих — стояли, не рискуя пересекать заросшую дорогу, по которой давно уже никто не ездил. Словно это была граница безопасности, способная защитить их от обитающего по другую сторону зла.

Наивные.

Получив некоторое представление о могуществе наставника, принц знал, что тот мог в любой момент отнять их жалкие жизни или, наоборот, заставить пожалеть, что до сих пор этого не сделал.

Чуть позади держалась пара мужчин в похожей на военную коричневой форме — явно отец с сыном. И последний, увидев посох облаченного в балахон мага, что-то горячо зашептал на ухо родителю.

Вынырнув на свет солнца, паж опрометью бросился бежать и растворился среди прочей свиты. Похоже в лес отправили того, кто не жалко потерять в случае правдивости слухов. От толпы же отделился более статный немолодой слуга в камзоле тех же, что и одежда юноши, цветов. Он явно испытывал страх, но, будучи прекрасно вышколенным и умудренным опытом, умело его скрывал.

— С вами будет говорить Его Сиятельство граф Двиот Палунмер. — громогласно объявил лакей. — Второй сын и законный представитель Его Величества короля Аларда — правителя королевства Аларад и данных земель.

Как же сильно Никаниэль отвык от всего этого придворного этикета. Будто и не прожил больше полувека во дворце, вскормленный замшелыми традициями, чопорными правилами и витиеватыми обычаями. Балы, приемы, общение с напыщенными лордами, на самом деле так и мечтающими занять твое место или хотя бы подсунуть в постель дочь двоюродной сестры, — составляло практически всю его жизнь.

Спустя проведенное за пределами родины время, подобный ритуал казался Нику чересчур… бессмысленным. Неужели не мог граф сразу выехать вперед на своем гнедом жеребце с богато украшенной сбруей, а не разводить неуместный в глуши церемониал? Он бы еще письмо отправил и передал его со слугой на другую сторону дороги. Только впустую тратит время. За которое можно было бы чуть дальше продвинуться по пути магии смерти.

— Некроманты! — воззвал Двиот Палунмер, надменно вскинув голову. В своем расфуфыренном наряде он больше походил на актера столичного театра, чем на настоящего вельможу. Еще один хлыщ с раздутым до безобразия самомнением и атрофировавшимся за ненадобностью мозгом. — За ваши деяния вас стоило бы пытать и сжечь на костре! Но мой отец милостив и предлагает искупить грехи честной службой. Очистите страну от демонов и, может быть, отделаетесь простой компенсацией монетой.

Нику даже стало смешно от такой речи. Граф явно не понимал с кем связался. И о провале корпуса ему тоже не доложили. Однако зачем-то же колдун вышел из леса, хотя мог спокойно игнорировать непрошеных гостей. Да еще и ученика с собой взял. Что он задумал?

В ответ на громкую тираду маг смерти никак не отреагировал. Он продолжал неподвижно стоять, не произнеся ни звука, и могло показаться, что даже ее не услышал, хотя это и было невозможно в повисшей вокруг гулкой тишине.

Двиот нахмурился, явно сбитый с толку. Мужчина приоткрыл рот, собираясь что-то сказать, но не нашел слов и снова его захлопнул. Граф определенно не привык, чтобы его игнорировали.

— Эй, ты меня слышишь? — наконец выдал тот. — Я к тебе обращаюсь, нечисть!

— Покажи чему научился, юнец. — по прежнему не удостоив аристократа вниманием, проскрипел некромант.

Сперва Никаниэль подумал, что тот хочет увидеть применение хлыста, но, поразмыслив, пришел к выводу, что речь все-таки идет о чем-то более новом. Например, о сумрачном взгляде.

— Что ты там бормочешь? — наклонившись вперед, переспросил Палунмер, но Ника, как и его наставника, напыщенный царедворец интересовал не более назойливой мухи, бестолково бьющейся в стекло с другой стороны окна.