— Что эксперта — это да, — согласился Куддиз. — Но многоуважаемую Васаре с нами нельзя равнять. В артефакторике и особо кораблестроении она так же одарена, как наш почтенный базилар — в магии призыва. А может, даже сильнее.

— Уж простите, но ерунду говорите, многоуважаемые, — вклинился в диалог Тольбен (один из тех молодых магов, что сумели достичь третьего уровня даже в жёстких условиях Баалирских рифов). — Со всем почтением, ага. Эта вот леталка, эта палуба, на которой мы стоим — не Васаре ладила. Её дядька мой ладил. Доски клал и жидким деревом заливал стыки. Руками, не магией. И потом ещё лаком для сохранности заливал.

— Ты, Бен, — хмыкнул ассистент Мийола, разворачиваясь со скептично-снисходительным видом, — немножечко так путаешь… слона со зверодемоном.

— А что же — я вру, выходит? Вру, да?

— Нет. И что твой дядька участвовал в работе по созданию этого эй-шлюпа — чистейшая правда. Кстати, не он один. Много кто участвовал. То же жидкое дерево из опилок и стружки, к примеру, варила ученица Мийола. А само дерево покупали и на стапель подвозили точно в срок люди Иривоя, на его средства, как и резонансный уловитель Акрата с сигнатурными образцами — так что именно за Акулой считается половина «Баалирского прибоя». Даже само его название, и то он придумал, а мой базилар утвердил.

— Но вторая половина, полновесная доля, — подхватила Ойель, — за Васаре. Она чертила планы конструкции эй-шлюпа, она рассчитывала ансамбль талисманов для полёта и движения, она сама, лично резала руны и заливала их магически активными составами…

— И ей тоже много кто помогал, — снова вступил Куддиз, — даже Рикс с расчётами какими-то подсоблял, хотя он вообще-то Воин, а не маг. Но обе яхты и этот эй-шлюп… без сестры моего базилара их бы просто не было. Вообще.

— Или скажешь, — опять Ойель, — что твой дядька сам бы со всем управился?

— Нет, — бурчание. — Но забывать про него — нечестно!

— А никто и не забывает. Просто он, ну… не такой большой вклад сделал.

— Не такой, ага. Что простой человек супротив клановцев может? Тьфу и растереть…

Плевать на палубу в буквальном смысле Тольбен всё же не стал (возможно, пожалел работу родича… или не решился нарываться на отдраивание запачканного). Просто развернулся и очень возмущённо утопал в трюм, в выделенную ему каюту.

— Нехорошо, — вздохнула Ойель.

— Да. Надо будет сказать базилару, чтобы по пути переговорил с нашими обиженными-униженными, желательно наедине.

— А что сам не переговоришь?

— Как будто я не пытался! Но тут нужны аргументы посильнее. Наскакивать на базилара, на полноценного мага пятого уровня, Бен и прочие всё ж не посмеют — а там уж Мийол их вразумит.

— А если нет?

— Тогда пусть попробуют сами пробиваться, — поджал губы Куддиз. — Пусть лично оценят разницу в отношении. Это наш базилар их чуть не облизывает: бесплатно до Лагора везёт, кормит и поит, книжки выдал… а они? Не ценят добра? Ну и пусть валят вон, фуски хубровы!

— Диз!

— Извини, сорвался.

От озвученной новости Мийол закаменел. А когда всё же заговорил, к обычному его голосу — съехавшему в самый нижний регистр — примешался то ли хрип, то ли рык:

— Они… сделали… нет. Как вообще вышло, что… это?

Выстроенные в его голове планы только что со скрежетом и скрипом рухнули в хлам.

— Мальчик, не слишком ли резко ты реагируешь? — Лерату склонила голову набок. — Это же всего лишь младший зверодемон. И поумерь-ка давление ауры!

— Всего лишь?

Призыватель медленно выдохнул, с усилием беря себя в руки… но не до конца:

— Достопочтенный супренсор, я доверил вам не просто младшего зверодемона — Сука была частью наследия моего второго учителя. И это ещё ладно: признаюсь, по-настоящему она никогда мне не нравилась, я сам одно время планировал выдрать из неё Ядро Сути… но есть нюанс.

— И какой же?

— Я только что вернулся из района Баалирских рифов, откуда вывез ещё пару магических зверей. Включая Эшки — моего фамильяра, который стоит десятка таких тварей, как Сука. С ней уже начал работать Луцес эн-Слиррен, и… неважно. Вопрос, собственно, в том, что теперь, после того, как вы, достопочтенный супренсор… или выбранные вами люди… ухитрились угробить даже Бронированную Волчицу Паники — мне всё ещё интересно, как это случилось? — доверить вам куда более хрупкого зверя четвёртого уровня я не смогу.

— Ауру убери.

— Я… стараюсь. Но поставьте себя на моё место, достопочтенная!

Лерату нахмурилась пуще прежнего. Гримаса, образовавшаяся в результате на её лице — горбоносом, лопоухом и морщинистом — вполне годилась для лечения запоров. К счастью, её недовольство, как чуял Мийол, адресовалось в основном не вышедшему из себя юнцу, без малого двадцатикратно уступающему возрастом главе ресурсного отделения, а кому-то иному.

Вероятно, как раз тому или тем, из-за кого от Суки осталось одно лишь Ядро Сути.