Ну и наоборот, ага.

…хватательный рефлекс бездумен: на то и рефлекс. И как многое бездумное, он осложняет жизнь. По отдельности подшефные были перспективны. Но вместе? Ой-ой.

Не успел ещё при знакомстве Мийол совершить взаимное представление, как аун-Лагор аж подпрыгнул, ткнул в Немера обеими руками разом и выпалил:

— Это что за лысый мутант, а, шеф? Из какой чернолесской дыры ты его выколупал? Или он не мутант, а просто больной? Надеюсь, это не заразно: мне точно не пойдёт лысина!

Да, ян-Фалушмор по натуре молчун — но опыт есть опыт: он компенсирует склонности, если есть на то желание и нужда. Вполне вероятно, что провинциал готовился встречать нападки со стороны лагорцев, готовя разной степени едкости ответные фразы. И потому Мийол, несколько шокированный безобразной выходкой Совора, не успел остановить второго подшефного.

Который уж ответил, так ответил:

— Похоже, бескультурные вопли и вульгарные ужимки отдельные экземпляры говорящих считают за главный знак цивилизованности…

— О! — усмехнулся аун-Лагор. — Говорящее! Считающее себя вкрай умненьким.

—…многоуважаемый Мийол, — продолжил Немер, без труда сохраняя внешнюю бесстрастность с оттенком брюзгливости, — развейте мои сомнения: это пёстрое существо какого пола? И если мужского, что сомнительно, то оно не пытается ли выражать свою симпатию через эпатаж? Потому что если да, то его потуги безнадёжны: я его уже не люблю и не полюблю впредь.

Усмешка Совора вмиг обратилась оскалом. Но продолжить обмен колкостями, больше всё же смахивающими на оскорбления, не успел. Призыватель надавил на обоих аурой, велел молчать и слушать, после чего всё-таки представил их.

Поздно.

Первое впечатление создаётся только раз, а на кривом фундаменте построится лишь кривое. Как парочка собачилась при знакомстве, так продолжила сию дурную традицию и в дальнейшем. Притом явно не дружески подтрунивая: Немер совершенно не собирался прощать зримую вульгарность соученика и атаку на внешний генный маркер своего клана; Совор ничуть не больше него собирался мириться с тем, кто усомнился в его мужественности и хуже того — половой ориентации.

Напротив, он явно собирался воевать с ян-Фалушмором до полной капитуляции. При этом быстро доказав, что одно из своих прозвищ, ещё не закреплённых официально — Скандалист — заслужил сполна. А Мийол-то ещё дивился: чего это столь перспективный, в самом деле близкий к гениальности кадр до сих пор не взят никем в ассистенты?

А вот не взят. Никем.

Только задним числом удалось сообразить: сообщество базиларов Сарекси отнюдь не будет благодарно за пополнение их рядов человеком с такими манерами и эпатажной внешностью, что сошла бы за преимущество разве среди персонала Домов Удовольствий. Потому что одно дело — самостоятельный прорыв: личная гениальность до некоторой степени искупает эксцентричность и даже более тяжёлые недостатки характера. Но стать этому пусть даже внешним учителем?

«Разглядеть драгоценность в грязи и помочь занять достойное место» хотел бы каждый маг; но при этом почти никто не соблазнился бы статусом того, кто «притащил в приличное общество скандальную фигуру лишь для того, чтобы примазаться к чужой славе».

Увы, репутационные потери при отказе от подшефного тоже выходили немаленькие. Даже, вероятно, побольше потерь от «примазывания». Это ведь что получается: раз Мийол отказывается от принятого решения и от того, кого вроде бы решил продвигать — значит, решение принимал не взвешенно, без приличного обдумывания. Польстился на поверхностный блеск, да только не учёл скрытых нюансов. Ошибся в человеке и не твёрд в собственных выводах.

Нет уж. Такой славы призывателю не нужно!

'Однако и оставить ситуацию как есть — решительно невозможно, — думал он, пока Немер и Совор прямо в его присутствии перешли к привычному уже делу: старательному очернению друг друга с обелением себя. — Каждый из них считает свою позицию оправданной, а себя — невинным. Каждый ждёт решения в свою пользу и вряд ли согласится, если я приму сторону другого…

Гм. Другого?

Надеюсь, сработает'.

— Знаете что, — заговорил Мийол, заставив подшефных умолкнуть. Единственный плюс во всём этом безобразии: хотя бы авторитет подмастерья оба признают без вопросов и подчиняются признанному базилару, как положено! — Как вы догадываетесь, Санхан оставлять в её нынешнем статусе не вполне прилично. Она благополучно прорвалась в подмастерья, ассистентом её держать более неуместно. А платить штраф за вакантное место ассистента я могу, но не желаю. И до сего дня передо мной стоял трудный выбор. Кто займёт место Санхан? Ты? Или ты?

Даже Совор не решился нарушить тишину в риторической паузе…

В том числе из-за того, что призыватель резко усилил давление ауры, показывая, что перед тем выражал недовольство едва вполсилы.

— Какое облегчение, что теперь вопрос снят! Моим ассистентом я не желаю видеть… — ещё пауза, покороче, — никого из вас. Я бы и как с подшефными с вами распрощался. Но всё же я готов дать вам ещё один шанс наладить взаимопонимание… последний. Считайте его спонтанной экзаменацией вместе с уроком… в одной пробирке. За мной. Быстро.