Шрифт:
— Лиру получишь, — сказал другой картежник.
— Ничего я не хочу, отпустите меня, отпустите!
Джеврие заплакала. Светловолосый парень пнул ее. Она едва не упала. Плача, бросилась бежать. Вдруг остановилась. Вытерла слезы. Ушибленный палец все еще ныл, но она не думала о нем. «Да, так и надо сделать!»
Она рассказала о картежниках первому встречному полицейскому, потом со всех ног помчалась в Бахчекапы, словно за ней кто-то гнался. У трамвайной остановки села, подперла руками личико и задумалась. Где найти Джевдета-аби? Скоро полдень. Может быть, вернуться в квартал?
— Возьми, дитя мое, возьми!
Какая-то старуха протягивала ей пять курушей. Джеврие машинально взяла монетку. А почему бы и в самом деле не собрать немного денег? Вечером она поест с Джевдетом-аби пача [39] или суп из требухи.
Она подошла к трамвайной остановке Эминёню и затянула жалобным голоском:
— Подайте во имя аллаха милосердного! Порадуйте сиротку. Нет у меня ни отца, ни матери. Одна я, одна, бедная! В глазах темно от голода! Подайте ради ваших детей и близких…
39
Пача — блюдо из бараньих ног.
Сначала никто не обращал на нее внимания. Потом стали подавать: кто положит пять, кто десять курушей. Расфранченные молодые люди и важные господа, не желая ударить лицом в грязь перед своими спутницами, давали больше, чем самые щедрые женщины. Не прошло и часа, как у нее была полная рука монеток.
Останавливался трамвай, забирал почти всех, но вскоре подходили другие пассажиры, и Джеврие просила опять:
— Подайте во имя аллаха милосердного сиротке… Одна я, одна, бедная!..
Значит, у нее целых три лиры! А что с ними делать? Вечером бабка заберет. Самое лучшее — отдать деньги Джевдету-аби. Но он спросит, откуда у нее столько? Сказать правду? Рассердится. Не сказать? Подумает, что она послушалась бабку и деньги ей дали в кофейне. Или подумает, что она украла! Нет, пусть лучше сердится — надо сказать правду.
Она спустилась к причалу «Юскюдар», поискала в толпе ребят. Обошла причалы «Адалар» и «Кадыкёй», заглянула на причал «Золотой Рог». Нигде нет!.. Уже хотела купить билет на катер. И вдруг увидела Джевдета-аби и Кости. С лотками на шее они шли навстречу.
— Джевдет-аби!
Она побежала к ним, забыв об ушибленной ноге.
— Вот Джеврие, Кости! — сказал Джевдет.
Голубоглазый Кости улыбнулся, протянул руку и крепко пожал худенькую длинную ладонь Джеврие.
Так вот он какой, Кости! Точно такой, как говорил Джевдет-аби.
Джевдет расспрашивал. Джеврие весело отвечала:
— Пошла с бабкой в кофейню, губы не накрасила… Да, заставляли, но убежала… А Хасана припугнула полицией.
Потом она взглянула на лоток Джевдета и замерла от удивления:
— Что это? Как у тебя много товара!
— Кости помог, — улыбнулся Джевдет. — Познакомил с одним торговцем, тот дал в долг. Продам — расплачусь.
Джеврие сияла от радости.
— Поедим? — спросила она.
— А не рано?
— Уже двенадцатый час…
— Что купим?
— Котлеты с луком! — Джеврие показала деньги. — Вот!
— Откуда они у тебя?
Она покраснела.
— Или опять…
— Что?
— В кофейне…
Она закрыла ему рот рукой.
— Нет, нет!
— Тогда откуда?
— Ну не спрашивай, Джевдет-аби!
— Говори правду!
Джеврие виновато улыбнулась:
— А ты не рассердишься?
— Откуда у тебя деньги?
— Я не хотела просить, Джевдет-аби. Честное слово! Они сами положили мне в руку. А потом…
Джевдет окинул ее презрительным взглядом.
— Сколько набрала?
Она протянула ему деньги.
— Сам посчитай!
— Рука моя до них не дотронется, попрошайка! Джеврие не поднимала глаз. Что подумает теперь Кости!
Вдруг она вскинула голову. Значит, из-за этих денег Джевдет-аби не будет с ней разговаривать? Монетки, сверкнув на солнце, упали в воду.
— Теперь ты не будешь сердиться, Джевдет-аби? Джевдет не ответил. Но он улыбался. Кости не мог вымолвить слова от удивления.
— Сегодня за всех плачу я! — наконец проговорил он. — В Каракей?
Джевдет и Джеврие согласились.
Джеврие шла чуть впереди, Джевдет и Кости — рядом. У входа в бакалейную лавку остановились.
— Что купим?
— Хлеб и маслины, — предложил Джевдет. Джеврие промолчала.
— Нет, так не пойдет, — возразил Кости. — Каждый день одно и то же: хлеб да маслины! Возьмем сегодня брынзы, огурцов, помидоров. Как?
— Ладно.
Обедать пришли к Галатскому мосту. Джеврие села у якоря и с удивлением уставилась на море, синее, блестящее, словно полированное. Никогда она еще не видела такого моря!