Ник тут же рассмеялся.

– Правильно, Ева. Не давай ему спуску, – сказал мужчина, и добавил: – А теперь обращайся, будем есть.

Обратный оборот опять был очень болезненным.

Ник поднял меня на руки и перенес на диван, а я чувствовала себя ужасно голодной, уставшей и грязной.

Но ничего из этого я сделать так и не смогла, потому что уснула.

А проснувшись, поняла, что ужасно хочу в туалет.

Открыла глаза и увидела, что рядом со мной спит Валдис.

Он лежал на спине, руки убрал за голову, и чему-то хмурился.

Очень сильно захотелось разгладить пальцами морщинки на лбу у мужчины, но я так и не решилась до него дотронуться.

Я никак не могла понять, что чувствую к мужчине. С одной стороны – это была обида и злость за то, что он не захотел даже попытаться спасти маму. А также за все его сказанные мне слова, когда между нами была близость… Но, с другой стороны, я понимала почему он всё это сделал. И положа руку на сердце, будь на его месте, поступила бы также.

Кто я для него? А кто он для меня?

Да в общем-то никто.

Он мне ничем не обязан, и я, по сути, должна быть благодарна за то, что он взял меня под свою защиту и спас.

Но всё равно мне было больно от всего происходящего.

Я вообще не понимала, почему еще держусь, почему не сдаюсь?

Может быть мне проще их всех оставить? Отказаться от помощи? И пусть они дальше продолжают жить своей жизнью, которой жили до встречи со мной?

Но, с другой стороны, как я буду выживать без них? Я ведь прекрасно помню сколько было покушений за эти несколько дней. И если бы не парни, я была бы уже давно мертва.

И они могли несколько раз из-за меня погибнуть.

Я с шумом выдохнула, не зная, как поступить.

Было страшно уходить из семьи, но и оставаться тоже тяжело. Слова Валдиса так и продолжали меня преследовать. Однако при этом он сейчас почему-то лежал рядом. И явно охранял меня.

А еще мне ужасно хотелось до него дотронуться. Даже пальцы чесались.

Надо было срочно отвлечься, чтобы не думать о всяких глупостях.

Осторожно приподнявшись, я осмотрелась и заметила, что Николаса с Адрианосом нет, потому что второй диван – пуст.

А еще – я голая.

Я решила не будить мужчину, и попробовать по-тихому сходить в туалет, помнила, что он был на улице, но стоило мне зашевелиться, как Валдис тут же открыл глаза.

– Куда? – недовольно рыкнул он, схватив меня за талию, потому что я пыталась через него перелезть.

– В туалет, – ответила я шепотом, и смутилась.

Его горячие руки словно прожигали мою голую кожу. Или это мне так казалось?

Валдис зевнул, прикрыв рот второй рукой, и тоже начал вставать.

А на мой вопросительный взгляд, ответил:

– Провожу.

– Да я и одна бы справилась, – пробурчала я себе под нос, закутываясь в простыню.

Но Валдис промолчал, и просто кивнул на выход.

А я взглядом нашла свою одежду. Но вспомнив, что я не особо чистая, решила не одеваться и отправиться в простыне.

Мы вышли на улицу, и я поежилась от холода.

– Давай скорее, а то замерзла уже вся, еще простудишься, – сказал мне мужчина, и указал рукой на деревянный туалет.

Света там не было, но в общем-то было чисто, а сквозь маленькое окошко, пробивался лунный свет и даже стоял унитаз со сливом.

Быстро сделав свои дела, я вышла и увидела Валдиса.

Он стоял ко мне спиной, и всматривался в лес.

– А где Ник с Адрианосом? – спросила я, подходя ближе к мужчине.

– Они в город уехали. Узнать по поводу твоей матери.

– А что не так? – удивилась я.

– Ты хотела её похоронить, парни поехали этим вопросом заниматься, – огорошил меня мужчина.

– Я…, – неуверенно протянула я, даже не зная, что ответить.

В душе опять поднялась буря. Мне вновь стало больно и тяжело.

Валдис повернулся и посмотрел на меня сверху вниз, и мне показалось, будто в его взгляде мелькнуло что-то темное, даже захотелось сделать шаг назад.

Но я заставила себя стоять на месте.

– Они все решат, – сказал он.

– Да, конечно, – опустив голову и не в силах больше выносить его пронзительный и пугающий взгляд, я спросила: – Мне бы помыться и есть хочется сильно…