А Николас понимая, что я злюсь, переспросил:

– Ева, я хочу услышать от тебя, что ты поняла то, что я тебе сказал. Иначе, мне опять придется тебя наказать.

Я подняла взгляд исподлобья на мужчину, и буркнула в ответ:

– Я всё поняла.

– Что именно ты поняла? – продолжил он меня допытывать.

– На любой шаг, я должна спрашивать разрешение у альфы.

– Молодец, – опять добродушно улыбнулся мужчина, а мне захотелось вылить ему мой десерт на голову.

Как можно так вкусно готовить и при этом быть таким гавнюком?

– Очень надеюсь, что из-за своих детских обид, ты не будешь нарушать правила. Мне бы не хотелось применять силу.

У меня даже аппетит пропал после его последних слов.

– Я могу идти в свою комнату? – сквозь зубы процедила я.

– Конечно, внутри квартиры можешь передвигаться свободно, если у нас нет посторонних. Если же они появятся, ты сразу же должна вернуться в свою комнату, и не выходить, пока кто-то и из нас тебе не разрешит.

– Понятно, – буркнула я, и встав, отправилась в комнату.

Хоть здравое зерно и было в словах мужчины, но злость и раздражение просто разрывали меня на части.

Вот на что я согласилась? Знала же, что к омегам такое отношение, и вот… теперь еще и злюсь.

Закрывшись в комнате, я включила ноутбук, и до вечера не вылезала из Ю-Тюба, смотря смешные короткие видео.

А вечером, кто-то постучал в мою дверь.

Открыв, я с удивлением на пороге обнаружила Николаса.

– Завтра утром ты едешь в клинику на обучение. Будешь проводить там не более четырех часов ежедневно. Поэтому, если не хочешь проспать, ложись спать пораньше.

Он развернулся и ушел, а я смотрела ему в след до тех пор, пока мужчина не скрылся в гостиной.

– Что ж, хоть какое-то разнообразие, – вздохнула я, и отправилась в ванную, чтобы привести себя в порядок перед сном.

А там, меня опять ждал сюрприз – голый Адрианс.

Я хотела уже развернуться и сбежать, как мужчина в два счета оказался рядом и схватив меня одной рукой за талию, а второй за затылок просто впился в мои губы жадным поцелуем.

Я на автомате уперлась в его мокрую грудь, пытаясь отодвинуть от себя Адрианса, но спустя пару мгновений мои руки ослабли, как, собственно, и ноги, а тело уже превратилось в желеобразную субстанцию, как и мозг.

И если бы не легкое покашливание за моей спиной, то я бы уже сейчас готова была полностью отдаться мужчине.

Адрианс оторвался от меня и прижав к себе крепче зарычал, да так зло, что меня будто холодной водой окатило. И я готова была спрятаться куда-нибудь, а лучше вообще сбежать, если бы мужчина при этом меня не сжимал в своих свинцовых объятиях.

– Отпусти её брат, – услышала я спокойный голос Николаса. – Еве нужна адаптация, первый раз мы тебе простили, и то лишь потому, что ты был не в форме, второй – нет.

Не знаю, что случилось, но рычание Адрианса перешло на новый уровень, теперь оно было похоже на настоящее звериное и утробное. Его мышцы закаменели настолько, что я уже начала задыхаться в его руках. А тело сотрясало от вибрации.

– Адрианс, ты делаешь мне вызов? – опять совершенно спокойным голосом спросил Николас, и я даже представила его вежливую улыбку на лице, но при этом четко ощутила, как загустел от тяжелого напряжения со спины воздух.

А Адрианс в этот момент зарычал еще сильнее, и мне показалось, что его мышцы заходили ходуном.

В этот момент я поняла, что если что-то не предприму сейчас, то от меня мало что останется. Либо Адрианс меня удавит и не заметит, либо Николас сожмет своей силой альфы.

Ощущение было такое, будто я попала между молотом и наковальней.

И я сама не поняла, как обняла в ответ мужчину и прошептала жалобным тоном:

– Адрианс, ты делаешь мне больно, пожалуйста, отпусти.

Мужчина мгновенно осекся, перестав рычать и выпустив меня из своих свинцовых объятий, начал тщательно осматривать.

Его взгляд лихорадочно заметался по моему телу и лицу, при этом Адрианс держал меня за плечи, так и не давая отойти, но я хотя бы могла теперь дышать.

Натянув улыбку на лицо, я, чувствуя спиной скопившееся молчаливое напряжение от Николаса, продолжила разговаривать с мужчиной, стараясь делать свой тон небрежным и легкомысленным:

– Ну, что, я смогу теперь помыться? Или мы так и будем тут все стоять столбом в дверях? А то завтра мне вставать рано, я же на учебу поеду. Не хотелось бы опаздывать. Для меня ведь это очень важно.