— Когда? Вчера? Не было запаха, я же пару раз мимо проходила!

Твою! Не отбрешешься.

— Он утром заходил сегодня. Нормальный был. Ругался, что из-за меня ему премию не дадут. Что я пожаловался на скрипучую дверь…

— Он тебя трогал? Говори? — и глаза в слезах.

Твою! Ещё раз.

— Нет, от двери сказал и ушёл.

— От двери, а мы тут все за ручку хватались! Ой, мамочки!

Глава 13

Марьяна Ильинична

Событие тридцать второе

Отстрел волков опасен оволченьем человека. Николай Векшин

Левина проснулась от резкого толчка в бок. От боли аж искры из глаз посыпались.

— Володь, ядрить кадрить твою налево, — сонно выругалась Марьяна Ильинична на мужа, который порой по ночам так свои тренированные руки-ноги раскидывал, что однажды пришлось даже на работу с бланшем под глазом идти.

Уж как он потом извинялся, даже самой стыдно как-то было за фингал этот. Мог бы и не настолько ярко проявиться. Но синяк был совершенно бессовестный — сиял на лице Марьяны ещё добрые две недели, перецветая от чернильного к жёлтому.

А потом вдруг сонный мозг вспомнил, что мужа-то больше нет. Умер. Да и она в лесу, а не в привычной постели. Резко села, глаза вытаращила, да ни зги в ночном лесу не видать.

— Зверьё, — тихо проговорила старуха, пружинисто поднимаясь на ноги.

Марьяна отбросила одеяло. Дхок подхватила её под локоть, помогая подняться.

Беглянки прижались спинами друг к другу и напряжённо вглядывались в лесную тьму.

— Волки, — сипло проговорила Дукуна. — Я магией жахнула, да не уходят. Чуют, знамо, что мало нас. А стая-то большая, сюдыть её через тудыть…

И в этот момент на них разом ринулись тени. Хрустнули ветки под лапами, раздался рык, пахнуло звериным духом. Марьяна Ильинична выставила перед собой тонкие чужие руки и изо всех сил ударила по напавшим. Пламя метнулось в стороны, опалило морды и осветило поляну. Яркая огненная вспышка ослепила беглянок. Рядом взметнулась другая вспышка — белая. Раздалось рычание, обгоревшие звериные тела попадали у ног Левиной. И такая её обуяла ярость…

Что за гнусный мир?!

Ни поспать, ни поесть толком, ни помыться!

Ещё и вши!

— А ну получите, ироды! — заорала она во весь голос. — Владимира Ильича на вас нет!

Огонь выплёскивался из ладоней горячими толчками. Раздался скулёж. Воняло палёной шерстью. В суматохе и не видно было — нападают волки или сбегают, но Левиной было уже плевать. Она вошла в раж, и ринулась следом. В оскаленную морду полетел сгусток огня. В другую плеснуло горящей силой. Звери с хрипением удирали, а Левина нагоняла и добивала. Занялись ближайшие деревья. Тлела жухлая листва под ногами. Дхок растерянно замерла стоя на шкуре.

— Да остопайся уже! Лес сожжёшь, балбеска! — взвыла старуха.

Но разрушительное пламя плескалось в груди и требовало выхода. Левина яростно огляделась и вдруг заметила мужскую фигуру за деревьями.

— Вы кто такие? — взревела Левина, окатив волной огня ползущего прочь раненого волка.

Тот дёрнулся и затих.

— Мы пришли вам на помощь, — раздалось из-за кустов. — Но видим, что помощь не нужна, так что мы, пожалуй…

— Стоять! — взревела Левина, и мужская фигура застыла.

— Так и запомним, тебя посередь ночи лучше не подымать, — хмыкнула Дукуна, оглядывая некогда мирную поляну, и принялась затаптывать очаги огня.

Снующие за ближайшими стволами силуэты вышли на полянку. Кто-то завалил тушами волков горящий куст. Когда угроза лесного пожара миновала, повисла пауза. Бывшие узницы церковных застенков смотрели на пришельцев с подозрением.

— Бояться нас не стоит, мы вам не враги, — продемонстрировал вдруг огонёк на ладони патлатый парень. — Увидели вспышки и решили посмотреть, может, помощь нужна.

— Кому? Инквизиторам, штоль? — хитро проскрипела старуха.

— Да нет, напротив. У нас и у самих к ним счёты имеются. Если хотите, можете присоединиться к нашему лагерю, — пробасил широченный коротышка.

Лица его было не различить, а фигура казалась квадратной. Только позже, уже на пути к лагерю незнакомцев, Марьяна Ильинична поняла, что он просто был одет в отороченный мехом плащ, который только подчёркивал природную коренастость.

Коротышка оказался главарём этой развесёлой, но не особо честной компании. Что это разбойники, партизаны или какие-то другие деклассированные элементы, Левина поняла сразу. Но она-то и сама теперь преступница. И из тюрьмы сбежала, и в составе преступной группировки ограбила пятерых послушников, и даже соучастницей убийства стала… И всё это за неполные сутки.