Мы с Владом тоже время не теряли и продолжили кузовные работы, включив «Арию» на магнитоле.

— Тебе было бы проще перегнать эти тачки в наш гараж, — обратилась ко мне Ника, спустя некоторое время.

— Не, мне здесь удобней и привычней.

— Можешь инструменты забрать со всем своим хламом. У нас фургон есть, за пару ходок справишься.

— Хмм… Нужно подумать.

— Да что думать? Так безопасней будет. Ты же наверняка будешь и дальше тачки чинить? Или чем-то другим хочешь заниматься?

— Даже не знаю. Я ничего больше не умею…

— Ну, у тебя теперь есть время научиться чему угодно.

А ведь и правда. Я даже не задумывался об этом, в этом круговороте событий.

Я достал ещё баночку пива и протянул одну Нике.

Девушка быстро подняла и опустила брови, мол, говоря: «А почему бы и нет?»

Мы сели на старенький диван, где пару минут назад уселся и прикимарил Влад.

— А у тебя есть мечта? — спросил вдруг я.

— Ну и тему ты поднял. Серьёзно хочешь об этом поговорить?

— Ага.

— Ну, давай за мечту, — предложила тост вампирша.

Мы почти беззвучно соприкоснулись банками и сделали по два больших глотка.

— Мечта хороша, когда она недосягаема. А когда вдруг исполняется — появляется паршивое чувство пустоты.

— М-да, ты, наверное, перепробовала всё, что только можно.

— И да, и нет.

— Это как? — не понял я.

— Ну вот ты помнишь, что было десять лет назад?

— М-м-м, не очень. Самые яркие моменты — да, а вот всякую рутину, конечно, нет.

— Вот и у нас примерно так. Последние лет пять помнятся хорошо. Десятилетия уже смутно. А что было лет сто назад… Это будто в другой жизни было. Нет, многие навыки остаются…

— Типа езды на велике?

— Ну да. Но девяносто процентов всякой ерунды забывается. Хотя сейчас появились телефоны с огромным объемом памяти. Можно всё заснять, сфоткать и оставить на память.

— Так что с мечтой? — напомнил я свой вопрос.

— Ну… Мне бы хотелось развиться до чистой крови, но с нашим образом жизни… Мы выбрали безопасность, вместо постоянной борьбы за власть, силу и кровь.

— Да и мне бы хотелось стать сильнее. Ну а помимо этого?

— Хочется снова чувствовать солнечное тепло, чтоб оно не обжигало, а согревало кожу. Хочется не чувствовать жажду при виде человеческой крови. Хочется, чтоб люди, к которым привязываюсь, не старели и не умирали…

Ника совсем уж ушла в депрессивное состояние, о чём-то задумавшись.

Я впервые увидел её слабой, без маски бесчувственности и всемогущества. Даже захотелось обнять её и прижать к себе посильнее.

Из машины заиграла песня «Осколок льда», записанная ещё до ухода Кипелова из группы.

Я откинулся назад, раскинув руки на спинке дивана. Пульc почему-то участился и Ника, похоже, заметила это. Давно я так не нервничал, находясь рядом с девушкой.

Влад при этом мирно посапывал, всё ещё держа в руках полбанки пива.

'Я любил и ненавидел, Но теперь душа пуста.

Все исчезло, не оставив и следа, И не знает боли в груди осколок льда'

— Давно у тебя были отношения? — поинтересовался я.

— Я уж и не помню… — задумалась Ника.

Тут я положил руку на плечо Ники, чувствуя себя тринадцатилетним школьником. Ну, хоть дрожи нет и на том спасибо.

— Эй, ты это что надумал? Опять со своими тупыми вопросами! Ещё и руки распускаешь! — снова она включила недотрогу.

— Да я так… — даже немного засмущался я.

Но при этом она не встала с дивана и даже мою руку не убрала.

— Мне пришлось бросить моего последнего парня, когда стала заметна наша разница в возрасте. Он старел, а я так и оставалась молодой.

— Так почему ты ему ничего не рассказала?

— Я боялась его реакции… — призналась Ника, опустив взгляд на пол.

— Так обратила бы его и жили бы вместе, долго и счастливо.

— Это не так просто, как ты думаешь… Не каждого человека можно обратить. У всех разное принятие вампирской крови. ДНК должно быть совместимо, а организм достаточно вынослив, чтоб выдержать все трансформации. К тому же… Вдруг он не хотел такой жизни? И вообще, людям сложно выдержать друг друга даже десять лет, не говоря уже о вампирских столетиях.