— Думаю, да, — напряженно кивнула она.

Ощущение, что она спит, снова захватило ее. И теперь, когда она так себя почувствовала, ей стало легче.

— Тебе скоро будет лучше, ведь похороны позади. Его глаза, устремленные на ее лицо, ободряли.

— Да, — безучастно ответила она.

— Ты выглядишь усталой, Абби. Просто измотанной.

— Так и есть…

— Тогда отдыхай! — решил он. — По крайней мере пока мы не вернемся домой.

Теперь следовало бы дать ему совет заняться своими делами. Эта его привычка все решать за нее!.. Но сейчас он прав, она слишком измотана, и нет сил даже возражать.

Абигейл попыталась откинуть голову назад, но мешала шляпа. Она подняла руку и, отколов булавку, сняла этот черный широкополый и довольно-таки экзотический убор.

Обычно она не носила шляп, находя, что они слишком сковывают. Сегодня же она выбрала эту, потому что Орландо нравились шляпы — чем более вызывающие, тем лучше! А она так виновата перед ним! Самое малое, что можно сделать, — надеть в память о нем причудливую шляпу и сыграть ту роль, какую он хотел бы, чтобы его жена сыграла на его похоронах.

Но снять ее было таким облегчением! Абигейл отбросила это черное чудище на соседнее сиденье и энергично встряхнула головой, позволяя густым волосам цвета меда свободно разлететься по плечам.

Ник взглянул на нее. Когда блестящие волосы рассыпались по черному жакету, его глаза сузились, и прошло несколько мгновений, прежде чем он заговорил:

— Ты не связалась со мной немедленно, как только Орландо погиб. — Это был полувопрос-полуутверждение. И почти обвинение.

Она рассеянно смахнула со щеки прядь волос.

— Не видела смысла. Ты и так узнал бы об этом из газет. Мы же не обязаны были торчать друг у друга на глазах с того момента, как я вышла замуж, правда? Да и до этого тоже… И потом… ты никогда не старался скрывать свою антипатию к Орландо.

— Это чувство было взаимным. Орландо ненавидел меня, даже не делая никакого секрета из этого, ты же знаешь.

Готовая к защите, Абигейл выпрямилась на сиденье.

— У него по крайней мере была причина для ненависти!

— О?.. — Пристальный взгляд зеленых глаз остался невозмутим. — И что же это было? Зависть к моему состоянию? Согласись, если и существовал когда-либо человек, веривший, что жадность к деньгам выходит из моды, то это как раз был Орландо.

— Ты… ты… невыносимо груб! — только и смогла выговорить Абигейл. Как можешь ты так плохо отзываться о покойном?!

— Я говорил то же самое, когда он был жив, и ему в лицо, — холодно возразил Ник. — Причина, по которой Орландо ненавидел меня, заключалась в том, что он был неудачником, а я — нет. И в том, что он знал: если бы я был рядом, то вложил бы хоть немного мозгов в твою хорошенькую, но глупую маленькую головку и отговорил тебя от этого брака.

В синей глубине глаз Абигейл отразилось недоверие.

— Ты действительно думаешь, что смог бы помешать мне выйти за Орландо замуж?

Он пожал плечами.

— Мне лишь жаль, что ему удалось уговорить тебя заключить брак без венчания в церкви и что все произошло слишком быстро.

— Разве это что-то меняло? — вызывающе спросила она.

— Конечно, разница была. — Его глаза сверкнули. Видишь ли, я рассчитывал, что ты придашь большее значение столь важному событию. Ты ведь совсем не похожа на свою мать. И если бы ты выбрала венчание в церкви… Во всяком случае, у меня была бы уйма времени, чтобы повлиять на твое решение.

Абигейл горько рассмеялась.

— И ты еще спрашиваешь, почему я не связалась с тобой, когда умер Орландо? Меня удивляет одно: почему Ник Харрингтон вдруг появился сегодня?

— Потому что я единственный, кто у тебя есть, спокойно объяснил Ник.

— Я знаю. — Абигейл усмехнулась. — Ну разве мне не повезло?

— Вот именно! — насмешливо подтвердил он и вытянул перед собой длинные ноги.

Она старалась не смотреть на него, и ей не хотелось думать — почему. Но это неосознанное мягкое движение заставило Абигейл остро почувствовать его близость.

Даже среди очень красивых мужчин Ник Харрингтон всегда выделялся. В течение нескольких лет Абигейл не раз пробовала разобраться, почему он так привлекателен, и теперь она попыталась быть объективной, украдкой наблюдая за ним сквозь густые темные ресницы.

Да, он превосходно сложен. У него впечатляющее мускулистое тело без грамма лишнего веса, на лице легкий загар.

Но ведь у многих мужчин прекрасные тела. Орландо, например, тоже обладал великолепной фигурой. Он изо всех сил демонстрировал это — носил облегающие и открытые вещи…