Только хотел спросить, что за турнир, как прозвенел звонок, и одновременно с ним в класс вошла Оксана Дмитриевна. Ладно, спрошу после переменки, потому что память Арсения на этот счет молчала. Да, раз в год в академии стабильно проходили внутренние турниры, однако участие обычно было сугубо добровольным. Неужели, что-то изменилось?

— Добрый день! — Оксана Дмитриевна поздоровалась с классом. — Напоминаю, что сегодня мы пишем небольшую контрольную. Ничего сложного там не будет, но если вдруг не сдадите — то приятного для вас будет мало. Советую как следует постараться.

Почему я не удивлен? Пока эта мегера говорила, ее взгляд буравил исключительно меня, будто бы в классе больше никого не было. И за что мне такое счастье?..

— А где Сизов и Горбунов? — ага, вот всё-таки какая фамилия у второго туалетного гостя.

Я оглянулся, и заметил, что парочки, подкараулившей меня в уборной действительно не было. Надеюсь, они там застряли, и еще долго не будут мозолить глаза своим присутствием.

— Не знаю, — раздался с переднего ряда голос нашей старосты. — На первой паре они были, меня о своем отсутствии в известность не ставили.

— Ладно, — Оксана Дмитриевна махнула рукой на двух заблудившихся неудачников. — Передайте, что им всё равно придется писать контрольную, но уже в свое свободное время. Даша, будь добра, раздай всем бланки заданий.

— Хорошо, — староста встала из-за парты и забрала у учительницы кипу бумаг.

Когда очередь дошла на меня, я молча взял листок из протянутой руки и с сожалением уставился на список вопросов. Да, Оксана Дмитриевна отлично постаралась.

Вот откуда я могу знать, какая главная проблема в плетении ночного зрения? Или какое минимальное количество узлов необходимо для плетения ментального подчинения? Я такое могу и из пяти сплести, но эту стерву такой ответ явно не удовлетворит.

Неожиданно, дверь в класс распахнулась, и внутрь зашел мужчина в строгом костюме. Если не шибаюсь, секретарь директора. Арсений видел его пару раз. И что ему здесь понадобилось?

— Извиняюсь за беспокойство, — кивнул мужчина Оксане Дмитриевне. — Срочный вопрос. Кто из присутствующих Медорфенов?

— Ну я, — нехотя поднял руку. Под ложечкой нехорошо засосало, предупреждая о надвигающихся проблемах.

— Пойдем. Тебя желает видеть директор.

— Директор? — удивленно переспросил я.

— Да, — мужчина подтвердил свои слова.

— Но он не может! — вклинилась в разговор Оксана Дмитриевна. — У нас контрольная!

— Потом напишет, — секретарь раздражительно дернул рукой. — Это срочно.

Под разочарованным взглядом Оксаны Дмитриевны быстро собрал вещи и выскользнул за дверь. Не знаю, что меня ждет у директора, но свалить подальше от этой мегеры было уже неплохо.

— Что-то случилось? — спросил я у секретаря, ожидающего меня в коридоре.

— Все узнаешь на месте, — резко отрезал он. — Пойдем.

Кабинет директора находился в соседнем корпусе, так что идти пришлось минут пять. Проводив меня до нужного места, мужчина остался в приемной и молча показал на закрытую дверь.

— Можно? — постучал я и, не дожидаясь ответа, вошел внутрь. Картина, открывшаяся там, меня совершенно не обрадовала.

За большим столом сидел лысый грузный мужчина в возрасте. Александр Александрович Медведев, директор академии. Напротив него стояло три человека. Какая-то девочка, которую я видел первый раз в жизни, и два пропавших одноклассника. Но с одним небольшим дополнением.

Кто-то неплохо их разукрасил — среди месива синяков и кровавых подтеков было сложно разглядеть лица. А судя по тому, что вызвали сюда именно меня, картина в голове прорисовывается вполне очевидная.

— Привет, Арсений, — директор, который тоже разглядывал меня, начал говорить.

— Здравствуйте, Александр Александрович. Что-то случилось?

— Это мы как раз хотели спросить у тебя, — усмехнулся директор. — Ничего не хочешь рассказать про ситуацию с этими молодыми людьми?

— Нет, — пожал плечами. — Когда я последний раз их встречал, то оба были в добром здравии, а девушку так вообще первый раз в жизни вижу.

— А вот эти двое утверждают совсем другое, — недобрая улыбка на лице директора расплылась еще сильнее. — Что ты подкараулил их в уборной и нагло избил. Если ты думал, что отсутствие камер в туалете спасет тебя от ответственности, то ты сильно ошибся.

— Бред, — ответил я, сохраняя абсолютное спокойствие. — Видимо их сильно приложило, раз им привиделось такое. К тому же, кроме их слов, никаких доказательств нет.

— Как раз наоборот, — директор отрицательно покачал головой. — У вас есть мотив. Все прекрасно знают о ваших натянутых отношениях с Романовым, так что вполне вероятно вы могли решить избить его товарищей. Потом слова сразу двух людей. Да, вы скажете, что они сговорились, но у нас есть и главный довод. Независимый свидетель. Это Оля, девочка из группы 9Б12. Она никак не связана ни с кем из вас и случайно проходила мимо уборной, когда вы втроем были внутри. По ее словам, оттуда отчетливо доносились звуки драки и ваш голос. Этого вполне достаточно, чтобы я поверил пострадавшим.