Путь продолжался, наша «гофрированная труба» сжималась, но пути от этого не разрушались, а просто накладывались друг на друга и сжимались, усиливая себя, в физическом мире такое вряд ли возможно представить и объяснить. Изделия как будто понимали что они, какова их цель, частью чего они все являются и, по возможности, подстраивались под изменяющиеся условия. Они несли в себе волю их создателя, отпечаток, отголосок его души, хотя их и нельзя назвать разумными, скорее эти изделия как автоматический интеллект или роботы. Можно ли отождествлять их с такими объектами как нейросети? Если уж рассуждать дальше, то ближе всего к нейросетям был рельсоукладчик. Ну, это все было описано в справочнике и мы были к этому готовы, но все равно увидеть такое собственными глазами: удивительно.

Спустя некоторое количество субъективного времени путь был проложен. Мы даже могли сделать и «кольца» на конце для разворота поезда непосредственно внутри туннеля, но кто его знает, что будет с нами, если проломить большую дырень прямо в пустоту? Да и оно нам не особо надо — паровоз способен спокойно толкать данный состав в обоих направлениях.

«В будущем можно будет что-то придумать. Кто знает, может быть, я смогу делать даже развилки и ответвления в другие миры? И назовем мы все это — Трансдуховная магистраль! Ха-ха-ха, звучит глупо, надо будет поработать над названием. Было бы интересно в будущем посмотреть на другие миры и на существ, обитающих там. Чем черт не шутит: может парочку я бы прихватила с собой, сделала бы из них милых домашних зверушек…»

«Ну ладно, хватит отвлекаться, у нас есть важное дело. Для этого я даже разработала целый план, чтобы привлекать к себе минимум внимания и сделать все максимально эффективно и даже гуманно. Настала пора жатвы»

…

Глава 7

Твое Имя

…

Неожиданно темнота вокруг начала заполняться множеством пульсирующих линий. Если бы мы могли сравнить, то сейчас их было на порядки меньше, чем в предыдущий раз, но все равно они имели место быть. Теперь наоборот, каждая из ниточек манила и как будто звала своей аурой. Но наш герой не спешил, приглядывался и размышлял.

«Как странно, так вот что видят те самые яркие и большие парни, перед тем как схлопнуться? Да, это пьянит и притягивает к себе, у тех оболтусов явно не хватало интеллекта: они сразу поддавались порыву. Но вот я — другое дело. Прежде чем входить в неизвестную комнату надо бы хорошенько все обдумать и, если возможно, проверить ее на наличие ловушек и тайных, неожиданных опасностей, так сказать, кинуть камень, ботинок вперед. Но вот как это сделать и возможно ли?…»

«Ничего не приходит на ум. Видимо, нет. Кстати, если сосредоточиться, то я даже чувствую слабое давление, которое будто бы толкает меня поскорее сделать свой выбор и не желает меня более здесь видеть. Да уж, у тех шаров не было и шанса здесь остаться, но для меня это еле заметное давление, так что пока потерпим, не стоит спешить, тут я явно смогу сделать выбор лишь раз»

Наш малыш, хотя его уже таким и не назовешь, стал весьма внушительным: большим и сияющим, словно яркая звезда на фоне красных и коричневых карликов. Все это время он не чувствовал в себе никакой нестабильности: сейчас наш герой был сосредоточен на рассматривании и изучении каждой предоставленной ему паутинной возможности. Как выяснилось, при достаточной концентрации, они весьма друг от друга отличаются: какие-то были словно злыми, другие наоборот, третьи были холодные, будто мрамор. Они было как характеры разных людей, были даже непонятные, точно хаотичные, и наоборот, стабильные, но не менее непонятные: было похоже скорее на несколько аур сразу. И при этом все звали и манили — никто не вызывал отталкивающих чувств.

Так продолжалось довольно долго. Мимо пролетал относительно наглый «каннибал» и просто нагло поглощал невинные беспомощные шарики прямо под боком у нашего героя. Что бы вы чувствовали, если бы прямо у вас на глазах преступник убивал и поедал невинных детей и стариков, а вы стояли рядом с полностью заряженным револьвером? Вот и наш шарик не смог этого стерпеть: одним махом «преступник» был уничтожен, герой приготовился к последствиям — если почувствует хоть что-то, то тут же возьмется за первую попавшуюся спасительную ниточку. Но, на удивление, ничего не произошло, вот только выдавливающая сила намного усилилась и была уже вполне ощутима, хоть и терпима. Размер нашего карателя увеличился еще примерно на пятую долю, и он начал видеть уже больше пульсирующих линий.

«Ну что же: новые объекты для изучения…»

Он максимально сконцентрировался и продолжил свои изыскания. Неожиданно появилась одна крайне странная линия, она была невероятно тонкой, слабой и еле заметной. Так как весьма сильно отличалась от остальных и появилась фактически сама в отличие от других. Местный колосс сконцентрировал все свое внимание на ней.

«Как странно, она становится все отчетливее и усиливается, а аура какая-то до боли знакомая…»

И вправду, паутинка не только становилась четче и ярче, она также постепенно выпрямлялась и была уже похожа по ощущениям на стальной прутик. Это в корне отличалось от всего остального, а впечатления были теплые и приятные, будто бы встретились старые друзья, близкие или родственники. Тем временем давление, не желающее нас здесь больше терпеть, потихоньку нарастало. Ниточка все больше становилась похожа на стальной прут, а давление доставляло все больше дискомфорта. Неожиданно изменения в нити замедлились, а потом и вовсе прекратились, теперь она хоть и не была такой же мощной и яркой как некоторые из остальных, но зато выделялась своей правильной прямой и строгой формой — это уже была далеко не та хрупкая паутинка. Давление все росло, а наш герой все равно уже не смотрел ни на что кроме нее.

«Ну, так долго продолжаться не может, был бы у меня лоб, с него бы уже давно капали капли пота от этого возрастающего давления, да и выбор я уже походу свой сделал, ну-с, да пребудет со мной Великий Бог Рандома!»

Хлоп! И наш парень оказался посреди гигантского грузового вагона №1.

«Что?!…»

«Так, а ты еще кто?»

Шарик обернулся и увидел огромное, просто колоссальное существо, при этом сильно похожее на «маленькую» девочку, и сразу же стал ощущать себя вновь невообразимо маленьким и жалким на ее фоне.