«У него ментальный дар?» — послышались первые недоуменные мысли.

«А… где ледяной дар?»

«Он читает наши мысли».

Принц схватился за голову и упал на колени. Из носа потекла кровь.

— Акрас! — закричала Мрана, бросаясь к сыну и позабыв о сохранности платья. — Ангел мой! Чего вы стоите?! Вызовите доктора!

Кто-то из старых веронов подошел к ним и положил руку на макушку Акраса. Вначале принц воспротивился новой силе, но затем позволил ей течь. Это напомнило силу, которую влил в него Дунгрог, только эта приходила из множества маленьких источников, а не одного большого.

— Ангел мой?! — позвала Мрана. — Вы ему поможете?!

— Дайте мне немного времени, — попросил верон.

Акрас поморщился от боли. Вероны не торопили его, давая время привыкнуть к их присутствию, от которого он никак не мог избавиться, какие бы высокие стены не возводил. Кровные узы с обычными веронами отличались от тех, что связывали его с родственниками. Родственники не вторгались на его территорию…

«Мы и есть твоя территория».

Старый верон помог ему на время отгородиться от мощного потока чужих мыслей и энергии. Успокаивал, говорил, что нужно время на привыкание.

«Какой он слабый».

«Не одни мы страдали без кровных уз, откуда ему силу-то брать?»

Акрас поднял взгляд на окружавших его веронов. Он сочувственно смотрели на него и молчали.

«Пошли прочь из моей головы!» — мысленно заорал Акрас.

«Пускай привыкнет».

Вероны отступили, но совсем не исчезли и раздражающе присутствовали на границах его разума. Наполняли его энергией и сразу крали её вместе с теми крохами, что он успел накопить…

«Мы не крадем энергию, мы её накапливаем и берем для нужд города, — поправил его старый верон. — Это естественный процесс взаимодействия стража с теми, с кем он связан кровными узами».

После пояснения верона, Акрас прекратил сопротивляться, наблюдая как бы со стороны, как его магические запасы пополнялись, расширялись, а затем опустошались. Старшее поколение веронов быстро освоилось, возобновляя давно прерванную работу. Они будили город, возвращая его к жизни. В сеть кровных уз добавлялись новые вероны. Но не весь город обрадовался появлению Акраса:

«Отравленная ветвь Конрака».

«Никогда не поверю потомку Конрака».

«Он нас предаст».

«Ему нельзя верить».

К Акрасу присоединилось едва ли сотая часть от всего населения. В сеть кровных уз добавлялись лишь те вероны, которые ставили благополучие города выше сомнений, недоверия и неприязни к потомкам Конрака. Обыкновенные рабочие, которые не могли нормально работать без сети кровных уз.

«У него нет ледяного дара, что делать?» — сетовали некоторые.

«Перестроить сердце города под него или ждать его одиннадцатилетия?»

«Не торопите события, дайте мальчику привыкнуть, торопыги».

«Ледышки, объединяйтесь, надо поднатужиться!»

«Где все огневики?!»

Когда голова немного перестала кружиться, Акрас поднялся. Мама сразу погладила его по спине и ласково зашептала на ухо, какой он у неё хороший и прелестный. Верон же, который ему помогал, деликатно отошел в сторону, как и случайные свидетели. Стоять остался менталист, с которым у Акраса не установилось кровных уз. Его кристально голубые глаза пугали нехорошим вниманием.

«Чего он пялится на меня?! Заняться нечем?!» — непонятно чему разозлился Акрас, забывая об осторожности.

Верон наклонил голову в задумчивости, не меняя взгляда, а Акрас с ужасом осознал собственную ошибку. Менталисты часто занимали высокие посты, в том числе являлись членами народного совета. При таком близком расстоянии ему не составит труда выявить дар, если Акрас не будет скрываться. Пробуждение города не давало мальчику возможности спрятаться, как он делал раньше при столкновении с менталистами. Голова кружилась, магия бурлила и становилась слишком явной.

Менталист облизал верхние зубы и удалился, так ничего и не сказав. Не стоило сомневаться, что если он представитель власти, то уже сегодня народный совет Вэндэйра будет знать, какие у Акраса способности.

Чего ждать от народного совета Вэндэйра? Они займут ту же позицию, что Анрифальцы или же пойдут на контакт?

Успокоившись, Акрас проанализировал, кто к нему добавился. Одни стихийники, чья работа — забота о городе. Они быстро пробудили магию сердца, а заодно и замок привели в рабочее состояние.

«О, уборки на неделю!» — посетовал кто-то из веронов, залетев во дворец.

«Да не, с кровными узами за день справимся!»

Вероны развили такую активную деятельность, что Мрана не успевала выкрикнуть им приказ. Они проносились мимо неё, полностью игнорируя её требования. Ей и в Анрифале вероны не нравились, потому что не подчинялись, сами решали куда, чего поставить, вели себя фамильярно и не проявляли уважения к королевской особе. Мрана не любила белые и голубые оттенки, но именно их использовали вероны, украшая замок изнутри. Они как будто чувствовали, какие расцветки нравились Акрасу, поэтому и обстановка менялась под его вкус и требования.