— Почему тогда не сделать высшим порядком… его? — Олег указал на Акрона, у которого сразу брови поползли вверх. — Почему я?

— Потому что ты таким родился, тебя не вероны выбирали, тебя выбрал свет, а у него свои соображения на этот счёт. Есть два способа стать высшим порядком: родится им либо отобрать силу у соседа. Второй вариант выбирают тёмные, отсюда и идиотов так много, да и дохнут чаще.

— Еще возможна добровольная жертва, когда дар посмертно передают преемнику, — дополнил картину Акрон.

Получив еще один предупредительный щипок от сестры, Олег обратился к памяти предков, чтобы прояснить пару вопросов. Силу света можно заслужить. Сила могла увеличиться от намеренного столкновения света и тьмы в одном существе, хотя Олег слабо представлял себе данный процесс. Силы можно лишиться при полном переходе от света к тьме либо при разжаловании. И чтобы он ни делал, ему никак не избежать своей роли, если он не хотел становиться слугой тьмы…

В какой-то момент Олега так сильно потянуло ко сну, что он едва не вывалился из окна, если бы его не поддержал Генлий.

— Эй, ты чего?! — долол похлопал его по щеке, опустившись перед ним на одно колено.

Глаза слипались. Олег безвольно уткнулся в плечо дяди носом. И как тот не хлопал его по щекам, сон побеждал.

— Эй, полосатая морда, зови веронскую швабру! — заорал Генлий, поднимаясь вместе с мальчиком на руках. — Наследнику плохо!

Олег устроился удобнее на плече дяди, закрывая глаза. Всё, что он хотел, так это выспаться без сновидений, без прогулок по изнанке, без путешествий в прошлое и без проблем.

— Всё ли с ним хорошо? — прозвучал голос отца сквозь сон. — Он третьи сутки спит.

— Физически он здоров, — отвечала женщина. — Что-то не так с его сознанием. Есть ощущение, что оно толком не отдыхало раньше. Но такого быть не может, если раньше у него был обыкновенный сон.

— Может он в изнанке, где застрял? — предположил Акрон. — Там время по-другому течет.

— У него нет ментального дара, как он мог туда угодить?

— Через кровные узы кое с кем.

— Ты позволяешь им общаться? — понизила голос женщина.

— Даже не пытался запрещать. Дети на данный момент единственная наша связь с ним. Рано или поздно, он будет среди нас. Отворачиваться от него нельзя. Мы должны понимать ход его мыслей и причины его агрессии.

— Видимо того, что произошло в столице вам мало?! Его адаптация должна быть мягкой!

— Я это понимаю лучше, чем кто-либо. Поэтому я к ним не лезу. Дети хотят общаться, пускай общаются.

Олег открыл глаза и пересекся взглядом с уже знакомой ему веронкой Льяри. На руках его держал отец и сразу же убрал ему волосы с лица.

— Ты меня слышишь? — позвала Льяри.

Олег снова хотел закрыть глаза, но веронка его остановила, больно взяв за подбородок.

— Стой-стой. Нельзя так долго спать. Скажи, ты что-то выпил?

— Нет.

— На тебе какое-то заклинание применили?

— Не знаю.

— На тебя кто-нибудь нападал?

— Нет.

— Ты застрял в изнанке и не можешь выбраться?

— Нет, — Олег с раздражением убрал её руку и потер веки. Сонливость снова его одолевала, мысли путались. — Я. Хочу. Спать.

— Отвезем его в клинику, посмотрим, что не так с его сознанием, — распорядилась Льяри.

Олегу было все равно, главное чтобы спать не мешали. Как же хорошо просто спать.

Удара не последовало…

Амрон осмотрелся, как только оказался в теле брата. Он даже не сразу понял, что Олег принял его предложение поменяться, пока не увидел людей.

— Хотя бы предупредил заранее… — набрал полную грудь воздуха Амрон.

Его окружали новые незнакомые запахи, жужжали насекомые, кудахтали нелетающие птицы и деловито клевали во дворе. Мелкая растительность и такие же мелкие деревья. У ног ластилось трехцветное животное кошачьей породы. Маленький размер живности Амрона смутил. Он привык к более крупным представителям кошачьих.

— Олежек! — показалась в поле зрения мама, она что-то еще сказала, но он её не понял.

Амрон незаметно завел руки за спину и активировал переводчик, надеясь, что хотя бы нужные настройки Олег произвел, чтобы брат не опростоволосился из-за незнания языка.