— Марк… — дрожащим голосом позвала его, когда он сел в кровати, задумчиво глядя на обручальное кольцо на пальце.

Он медленно перевел на меня свой взгляд.

– Спи, — чужим голосом произнес он. Этот мужчина и был мне чужим. И я никак не хотела признавать факта, что он теперь мой муж.

Вольский вышел, а я сидела в кровати, уснуть не получалось. В голове была полная пустота, вакуум. Встрепенулась только через полчаса, когда дверь открылась и он снова вошел. Холодным, ровным тоном он сказал мне, что мой отец в ближайшие дни будет банкротом. У него были для этого все рычаги. Сказал, что он никогда не позволит сделать из себя посмешище.

Закутавшись в простыни, я плакала и просила прощения, умоляла этого не делать. Угрожала, кричала, что ненавижу. Но он был непреклонен. Молчаливо гладил меня по волосам, успокаивая истерику, но лицо его было каменным, будто неживым.

Через несколько дней бизнес моего отца развалился. Превратился в прах. Мой брак с Вольским был абсолютно бессмысленным шагом.

**

Что-то в моей голове не давало мне покоя, но я не могла понять что. Может, в последние дни поведение Марка было совсем другим? Он был на себя не похож.

— Марк? — прошептала я в темноте, толкая его в плечо.

— Ммм…

Он даже не проснулся. Тогда я затормошила его сильнее.

— Марк! Проснись, пожалуйста.

— Что такое? — очнувшись, он резко поднял голову, мгновенно запуская руку в тумбочку. Я знала, что у него там лежало. От страха сглотнула.

— Все в порядке, ничего такого. Просто я не могу уснуть.

— И за компанию ты решила разбудить и меня? — сонно проворчал он, откидываясь на подушки.

— Ответь мне на один вопрос. Только правду, пожалуйста.

— Это так необходимо в… Господи, Вита! Четыре часа утра!

— Это очень важно. Для меня, — поспешно добавила я.

В изнеможении Вольский простонал.

— Ты же просто так не отстанешь, верно? Спрашивай… — Он опять прикрыл глаза. Но я знала, что он слушает.

Собралась с мыслями.

— Ты до сих пор не можешь мне простить, что я… эмм… что не была невинной? — Мне все-таки пришлось озвучить это.

В удивлении муж распахнул глаза, явно не ожидая, что я заведу речь об этом.

— Ты думаешь, что я на тебя из-за этого сержусь?

Теперь уже растерялась я. Нахмурилась, глядя на него с недоумением. Уселась в кровати, разглядывая его лицо в полумраке.

— Но… Ты же отомстил моему отцу…

— Это другое. Я сделал так, потому что он знал об этом. Он намеренно меня обманул.

Щеки будто кипятком ошпарило.

— Он знал?! Но… Вряд ли… Я же никому… От Маринки… — Я неловко замолчала. Было неудобно говорить об этом с мужем. Зачем я вообще завела этот разговор?

— Он сам мне сказал. Извини, но за некоторое время до свадьбы за тобой была слежка. Так, поверхностная. Просто хотелось удостовериться, что ты не ревешь, не идешь на этот шаг насильно. В тот момент меня твое близкое общение с Савельевым не смутило, я знал, что он на вас работает. После той ночи все сразу встало на свои места. Твоему отцу я позвонил сразу же, и он даже не скрывал этого факта. Через тебя он пытался получить от меня деньги, и не готов был отказываться от всего. Твой отец заключил со мной сделку и пытался обвести вокруг пальца.

— Но я не понимаю…

— Я просто не терплю, когда из меня делают дурака. Если бы ты потеряла невинность, например, в день нашего знакомства, разве стал бы я так злиться? Бред же. Но ты не придумала ничего лучше, чем сделать это за неделю до свадьбы. Неприятно, не находишь? — Его тон сменился. Стал резким, злым. — Твой лузер тоже получил по заслугам.

— Это было жестоко…

— Он о тебе даже не думал, глупая! Это ничтожество тоже пыталось вытянуть из меня деньги за молчание, грозил пойти по СМИ и учинить скандал! Я сделал то, что сделал! Я отстаивал честь своей семьи. Ты ею для меня стала. Но, кажется, только на бумажках.

— Я не верю! — в шоке отшатнулась я. — Он бы не стал так поступать…

— Но поступил, — пожал плечами Марк. — Хочешь — верь, хочешь — нет. И деньги в итоге я ему заплатил. Чтобы скрылся с радаров на край земли. Твоей семейке нужно от меня только одно. Деньги. И не только им. Всем нужно одно и тоже. Я привык.

Я закрыла лицо руками, пытаясь переварить полученную информацию.

— Но почему ты никогда не говорил мне правду?!

— А ты была готова слушать? — устало выдохнул он. — Нет. Тебе больше приглянулась роль оскорбленной жертвы. Да и в общем-то я на тебя тоже злился.