В руке её материализовалась обычная Сумка. Краф с удивлением посмотрел на неё.

– Просто так носить кольцо Асура не рекомендую. Убьют, только чтобы завладеть им. У тебя хорошая сумка. Вот добавь к ней эту и выбери опцию создать тайный слот. Его никто не сможет прощупать. У вас нет таких магов. Храни перстень только в этой закрытой ячейке. Он никогда не вывалится при перерождении, и кроме того, будет скрывать его даже на твоём пальце. Но помни, что некоторые маги смогут его увидеть, когда оно на тебе.

Она сделала странный взмах рукой и почти неприметное сгущение воздуха у её правого бока исчезло.

– Пока не одевай. Восстановишь силы, выйди в поле и там испробуй. И лучше если ты будешь с друзьями, которые знают в этом толк, помогут отойти от возможного обморока… если нет, придётся самому. Только не спеши.

Айлу медленно подошла и притянула к себе голову парня.

– И помни, что я у тебя в долгу – толстый сладкий язык осторожно проник в рот и защекотал горло. Через мгновение скользнул по зубам, перебрался за щёку, бугром натягивая кожу на лице, и фурия со вздохом отпустила голову парню – я теперь твоя должница, не забывай об этом, и жди.

Глаза её странным образом сверкнули в полной темноте.

– Мы найдём того, кто это сделал. Всем без разбора мстить не будем. Но и даром, виновным это не сойдёт. Две моих сестры были развоплощены на моих глазах. Малышка Шияна… она была мне, как дочь. Её мать, когда-то спасла мне жизнь. А теперь вот и она…

Крафу показалось что голос её дрогнул от подступивших слёз. Но уже через секунду он опять стал твёрдым, как у прежней Айлу.

– Надеюсь, остальные ушли.

Она уже ухватилась здоровой рукой за перекладинку миниатюрной веревочной лестницы, но вдруг остановилась и повернула голову:

– Я не должна бы вам помогать, но ладно. У вас пропадают поселенцы, много поселенцев… – глаза её потемнели и прищурились, напомнив Крафу прежнюю Айлу, – ищите малефика. Сильного и опытного, ищите рядом с собой. Мне не хватило совсем немного, я прижала бы его. Нападение на нас спасло мерзкую тварь. Если это случайность, то я тупая деревенская псина. Будь и сам очень осторожен. Нехорошо тебя впутывать, но они всё равно могут подумать, что ты осведомлён более, чем полагается простому парню поселенцу. Никто же не знает, о чём мы с тобой говорим ночами…

Она улыбнулась, и на этом закончила. И уже не оборачиваясь, ловко задвигала сильными голыми ногами, нащупывая веревочные петли и помогая себе одной рукой. Краф не нашёл сил, чтобы отвернуться и не смотреть на раздетую девушку снизу и почувствовал, как опять вернулось желание. Чёрт возьми, он же этой ночью трахнул фурию! Настоящую рогатую ведьму. Он словно чувствовал животом её упругий сильный хвост, и не мог сдвинуться с места. Вскоре её силуэт исчез в темноте, а следом нырнула и верёвка.

– Фурия ушла? – Жабий глаз опасливо показался на информационном экране – ох и хлебнём мы с тобой парень горя. Пошли уже домой, Робин Гуд, несчастный. Что ты застыл, как обворованный?

Краф вздрогнул, приходя в себя. Опять от мрачных расщелин улиц потянуло близким страхом, и не раздумывая, с опаской оглядывая тёмные углы, он бросился прочь от опасного места.

***

Глава 14. Хмурое утро

– Где она? – рявкнул Старший инквизитор, и тонкие капли слюны разлетелись в стороны. Краф побледнел, но продолжал невозмутимо смотреть в бешенные глаза, едва сдержавшись, чтобы не вытереть лицо. В голове после тяжёлой ночи было пусто и самое неприятное, что в ногах тоже ощущалась слабость. Грязное небо казалось лежало на крышах домов, погода была под стать настроению.

– Кто, Такари?

– Какая ещё к дьяволу Такари? – господин Грин готов был вцепиться в горло упрямца. Крафа вытащили из общежития и пока помощники инквизитора во главе с Сандерсом, переворачивали комнату с ног на голову, парня допрашивали прямо у входа.

– Моя компаньонша, совладелица частного предприятия… японка…

– Ты что идиот?! Я спрашиваю, где фурия?

– Какая фурия? Здесь никогда не жила фурия…

– Ладно, не хочешь по-хорошему… – Грин отскочил на полшага и сжал руку в кулак. Неизвестно, как далеко он готов был зайти против свободного поселенца, обвинение которого строилось лишь на слухах и предположениях. Но комендант гарнизона Ласл Папп уж встал между ними.

– Господин Грин не стоит. Если у вас нет прямых доказательств пребывания гончей в его комнате, то я отказываюсь выполнять ваши приказы.

– Вот как?! Вы ответите тогда за срыв операции...

– Щас! Отвечу! И пять раз подряд, отвечу! – яйца у старины Паппа, как и предполагал Краф, оказались вовсе не из папье-маше. – Не думайте, что вы тут такой весь городской, а мы деревенщина. Обосрались, ваши люди. Мои сделали всё, что должны были сделать. Перекрыли дороги. Взяли штурмом их гостиницу, Гнездо ковена. Мои люди убили одну фурию, потеряв двенадцать человек убитыми и раненными. Благодаря вам потеряли! Это ваш сраный купол они пробили и помахали нам хвостами. Ушли на новое возрождение. В рапорте всё это будет отражено, не сомневайтесь.