Церемония продолжалась. Когда закончили с командами, прозвучала ещё одна нудная речь, после чего мы снова красиво прошли строем по стадиону, на этот раз под гимн империи.

Вырвавшись из официальной части, команда попала в руки близких. Получившие медали хвастались, остальные тоже не сильно грустили. И только я начал проникаться общей атмосферой, даже начал искать Славу глазами, чтобы разделить радость с самым близким мне человеком, как на горизонте появился Шолль. Немец целенаправленно шёл ко мне, держа на лице располагающую улыбку.

— Герр Шолль, — кланяюсь немцу, смотря глаза в глаза.

— Барон Мартен, — Эмиль намеренно выставляет акцент, а затем и вовсе переходит на немецкий. — Рад поздравить вас с заслуженной победой. Ваша команда показала впечатляющие результаты. Вы будто обошли всех своих соперников на несколько десятков лет, имея неоспоримое преимущество.

И улыбается, гадёныш.

— Благодарю за столь лестную оценку, маркграф, — кивком благодарю, мой немецкий фальшивит русским акцентом. — Мы будем и дальше показывать лучшие результаты.

— Не сомневаюсь, барон. Я буду с большим вниманием следить за вашей дальнейшей судьбой, — пообещал Шолль и удалился.

О да, не сомневаюсь.

Стоило немцу отойти подальше, как на горизонте появился Волконский. Мысленно желаю обоим большой, чистой извращённой любви, но на лицо натягиваю спокойное выражение.

— Светлейший князь.

Волконский бросил неприязненный взгляд в спину маркграфа.

— Чего этому гансу нужно?

Пожимаю плечами:

— Не знаю. Подходил, поздравил с успехами. Насколько я понял он — меценат, однако мне денег не предлагал.

Ответ князя удовлетворил, похоже.

— Поздравления были вполне заслуженные, ты великолепно справился. Но не буду перехваливать, ты, вижу, и так уже утомился выслушивать поздравления. Пойдём, лучше, переговорим.

Как вы меня все достали, эх…

Пригласил меня Владимир сразу в свой лимузин, не размениваясь на мелочи. Здесь уже сидела какая-то… девица, скажем так, но ей князь указал на дверь.

— Погуляй пока.

И девушка сразу убралась, не выказав даже тени неудовольствия. Выглядела дама вполне прилично, выходное платье, бижутерия, причёска, но ассоциации вызывала вполне определённые. Мысли свои я оставил при себе, устроившись на диванчике.

— С документами я закончил. Любой, кто сунет любопытный нос в документы команды, сразу наткнётся на мою печать, — похвастался Волконский. — от внутренних интриг лиги вы теперь полностью закрыты.

Владимир посмотрел на меня, ожидая, похоже, благодарности. Однако я что-то причины для радости не видел, мою команду купили фактически за бесценок.

— А сегодня это был последний демарш? — вместо благодарности спросил я.

— Кирилл Демьянович должен лавировать между центрами силы. Вашу обиду он переживёт легко, а вот обиду тех, кто попросил его «забыть» вручить вам медали поимённо… Скажем так, то, что Кирилл Демьянович всё же всех твоих подопечных перечислил, будет стоит ему влияния и поддержки. На него не злись.

Кодла, одно слово.

— К каким-то подводным камням в Петрограде надо готовиться?

Князь отрицательно качает головой.

— Нет, там всё будет нормально. Я хотел поговорить об Уваровой. Не рекомендовал бы брать её помощницей.

Начинается. Так, спокойнее, Дима.

— Есть причины? — не стал я ни отказываться, ни послушно соглашаться.

— Она — полное и абсолютное никто. Этого недостаточно? — прямо выдал своё мнение Владимир.

— Половина моей команды — такое же ничто, светлейший князь.

Волконский поморщился.

— Не пойми неправильно. То, что бойцы в команде из простых — это хорошо, я не против. Однако управляющий состав… Можно подобрать куда лучших людей. Бойцы представляют команду на поле, там никто происхождение не спрашивает. Тренер и помощник тренера — публичные господа. Вам в случае побед получать награды из рук членов семьи Романовых. Как Его Императорское Высочество посмотрит на эту… замарашку?

Хм… Ладно, я понимаю его логику. Я с ним не согласен, не переломится какой-нибудь Романов, повесит и на Уварову красивую медальку, но общая логика Владимира мне понятна. Ему же первому будут пенять, что не смог кого-нибудь родовитого найти, со списком предком на три страницы мелким почерком.

— Говори всем, что она — моя любовница, — пожимаю плечами.

Волконский заинтересовался.

— А она твоя любовница?

Отрицательно качаю головой.

— Нет, но кто будет проверять?

Светлейший князь оценил:

— Забавно. Только это не объясняет, зачем она тебе?

— Именно за тем, зачем нужен помощник тренера. Выполнять функции помощника тренера.

Волконский поморщился.

— Я щёлкну пальцами, и у машины будет стоять сотня претендентов на эту работу.