Она тут же представила, как стая обернувшихся оборотней бросается в лес в поисках её семейного, как волки кружат среди деревьев и кустарников стараясь уловить знакомый запах, намертво смытый с почвы. И не знала, как сказать всем желающим найти Джарри, что она страшится за них за всех, а потому… И хочется разрешить им бежать в лес, и колется…

Но вместо Селены всем сразу ответил Трисмегист. Он оглянулся на упрашивающих хозяйку Тёплой Норы и со вздохом произнёс:

– Нельзя! Мы убрали враждебное заклинание, но оно пока не рассыпалось в полной мере. И, даже если бы мы захотели, в лес пока войти невозможно: это заклинание было многоуровневым. Если вы сумеете увидеть проникающим взглядом, то заметите, как нечто туманное постепенно оседает между деревьями - и это и есть поступенчатое падение заклинательных уровней.

– То есть дождь закончился, но это же заклинание не пускает?
– пожелала убедиться Селена.

– Именно так. Пока не стоит пытаться войти в лес, - твёрдо сказал Трисмегист, а молчаливый и внешне очень уставший Понцерус кивком подтвердил мнение коллеги.

– И… сколько это падение продлится?

– Разные уровни опускаются разно, - ответил на этот раз Понцерус.
– Думаем, этот процесс займёт несколько часов.

Среди оборотней лёгким шелестом прошёл стон разочарования. А вот ученики Бернара немедленно двинулись вдоль деревенской изгороди, чтобы быть ближе к молодому леску. Вскоре Селена услышала, как они наперебой обсуждают потери леса и способы восстановить численность погибших деревьев.

Прежде чем задать учёным эльфам следующий вопрос, Селена собиралась очень долго. Но, зажав в кулак желание плакать, отпихивая от себя отчаянную надежду, она сумела выговорить:

– Вы уже знаете, кто это сделал?

Понцерус очень осторожно сказал:

– Конкретно пока мы ничего не можем сказать, хотя в знаках этих заклинательных уровней мы разыскали кое-что знакомое.

– Мы ждём вестей от Колра и магов, - добавил Трисмегист, - чтобы сопоставить наши данные и уже тогда говорить о результатах.

Выразившись таким витиеватым способом, Трисмегист так упрямо повернулся к лесу, что Селена догадалась: больше он ни слова не скажет, Как и Понцерус, который виновато пожал плечами и тоже отвернулся.

Но Селена внезапно успокоилась.

Её пронзило странное впечатление. Множество людей и существ заинтересованы в том, чтобы уничтожить убийственный дождь, найти Джарри и братство, а также узнать, почему неизвестные хотели похитить даже Эрно и Маев. Что бы ни случилось дальше, Селена должна помнить: она не одна. И Джарри не один. И братство не будет брошено на произвол судьбы. Есть много живых, которые полюбили Тёплую Нору и закрытую деревню. Есть много живых, которым нравится жизнь, чуточку отличающаяся от всех других - за пределами деревни. А значит, она, Селена, всё делает правильно.

Глава двенадцатая

Эйфория таяла не сразу, но довольно заметно. И виной тому были голод и слишком сильная вера младших братьев в старших. Когда Коннор доплёлся до древесной пещерки, Мирт снова сел на колени в грязь. Оглянувшись на “пороге”, мальчишка-некромант некоторое время наблюдал за неподвижным братом… Мирт буквально ушёл сознанием в поиск хотя бы самого хлипкого, но жизнеспособного семечка на страшной глубине. Необходимы были семена, из которых можно быстро вырастить что-то съедобное для всех четверых… И Коннор не стал тратить время, пролез между потеснившимися младшими и свалился, вытянувшись по всей свободной длине ствола. Пора добирать силы.

То и дело скашиваясь на вход в древо, он видел, как Мика сидел на краешке пещерки, кажется вяло постукивая пятками по стволу и следя за мальчишкой-эльфом, окаменевшим в болотистой жиже. Одновременно Мика слушал Колина, который сидел рядом, но, повернувшись к Коннору, пытался разговорить его.

– Не понимаю, почему я не могу помочь, - с досадой говорил мальчишка-оборотень.
– У меня тоже есть личные силы - и они тоже живые. Почему ты не разрешаешь помочь Мирту? Так же быстрей будет!

Мальчишка-некромант помнил, что должен отвечать так, чтобы Колин не только понял его, но и усвоил информацию. Что - что, а мальчишка-оборотень учиться любил.

– У всех у нас четверых есть личные силы - живые. Чтобы добиться неба над головой, я пустил в ход именно их. Поэтому я сейчас слаб. У меня только два пути восстановления живой магической силы - это дождь и небо с тучами.
– Коннор договорил и замолчал, чувствуя усталость и злясь на себя из-за этого чувства. Сообразив: он злится на то, что пока не может изменить, сумел улыбнуться.
– Мирт сейчас тратит личные силы, чтобы найти что-то, что нас прокормит. Он тоже потом восстановится, но процесс тоже будет долгим. Мы как в свободном колодце в этом дожде. Брать силы отовсюду, как было раньше, невозможно. И вы с Микой - не обижайся, Колин… Вы с Микой для нас с Миртом - запасной вариант. Если будет ситуация пострашней этой, мы даже спрашивать не будем - заберём у вас живую силу сразу.

Коннор ожидал, что придётся объяснять дальше, а может - утешать из-за обиды на “запасной вариант”, но Колин затих. Обдумывает? Что ж, пока тишина и есть время, надо бы прослушать пространство. И не Хельми искать, хотя в его присутствии Коннор и ребята очень нуждаются. Нет. Нужно сделать другое. Давно не проверял, где находятся те трое, которые приковали его к капищу.

– Коннор, - тихо позвал Колин, и мальчишка-некромант напрягся: что-либо сейчас объяснять не хотелось.
– Мне кажется, стена ливня изменилась.