Аманда промолчала, но сжала ей ладонь. Ей тоже хотелось знать, где её семейный.

… С утра Селена думала, что у неё остаётся слишком много свободного времени, и боялась, что будет постоянно думать о пропавших. Но Тёплая Нора заставила работать, хотя и с некоторыми оговорками.

В обычные учебные дни приготовление и организация завтрака и обеда в Тёплой Норе ложились на плечи самой Селены и домашних. Только к ужину готовили столовую приехавшие из школы дежурные ребята.

Сегодня она твёрдо решила: вся орава Тёплой Норы здесь, но хозяйничать в столовой будет только она. Чтобы было чем заняться и впустую не думать о Джарри, о Конноре, о братстве… Завтрак, как и предполагала, оказался полностью в её заботах. Но вот уборкой столовой после него занялись старшие девочки, хотя Селена и уговаривала их скорее присоединиться к младшим.

Так что самой хозяйке Тёплой Норы пришлось пойти к “ясельникам”. Название младших сохранилось, хотя, по правде сказать, под категорию “ясельников” подходили только Фаркас и волчата Тибра. Все трое уже привыкли перекидываться в человека. И вся Нора сейчас усердно учила маленьких оборотней одеваться - обернувшись, да и оборачиваться в человеческую форму, для начала сняв привычные всем младшим оборотням балахоны.

Освобождённая утром от работы по столовой, Селена взяла на руки Стена и первым делом пошла отыскивать Ирму. На этот раз поиск оказался сложным: волчишка не скакала, не визжала, не пела… И её компания в полном составе, кроме неё самой, торчала в уголке гостиной, отведённой для младших, и готовилась к выходу на улицу. Но интуиция торкнулась в её мысли, как в закрытую дверь, - и Селена осторожно, чтобы никто не заметил, поднялась в мансарду. Дверь в комнату братства приоткрыта. И хозяйка дома уже уверенно вошла в помещение. Как и ожидала, Ирма сидела на кровати Колина, обняв ноги и положив подбородок на колени, жутко исцарапанные в играх с волчатами.

Девочка, как и все в столовой, слышала объяснение Селены, почему братства на месте нет. Вроде бы поверила… Но сейчас волчишка быстро скосилась на вошедшую хозяйку Тёплой Норы и снова уставилась на край кровати. Селена присела рядом с девочкой и отпустила Стена бродить между кроватями, хватаясь за края. Она же ссутулилась, тоже глядя в пол. Что сказать Ирме о брате? Как утешить и поддержать, как подбодрить? Когда самой хочется плакать из-за всех этих кошмарных событий?!

Тёплая ладошка коснулась плеча. Потом волчишка привалилась к Селене. И тяжело вздохнула, а потом сказала:

– Селена, ты не волнуйся. Бернар сказал, что это переходный возраст виноват. Что братство слишком много себе позволяет. А тут ещё Джарри пропал. Когда они вернутся, я уж Колину устрою, чтобы он не забывал предупреждать тебя! Я ему хвост выдеру - будет с лысым ходить. А давай ты Коннора отшлёпаешь, когда он вернётся?

Теперь на девочку-оборотня покосилась Селена. Ирма на самом деле так думает? Или пытается её утешить натужными шуточками? Наблюдая за Стеном, который что-то бормотал, остановившись у кровати старшего брата, Селена сказала:

– Насчёт Коннора я подумаю… Ирма, хочу попросить тебя вот о чём. Ты знаешь, что Гарден до сих пор впадает в столбняк, когда слышит или видит что-то плохое. Нужно очень осторожно занять его сегодня делами, чтобы он не думал о Мирте. Сумеешь? Но очень деликатно.

Попросила, а сама сжалась: деликатность - и Ирма? Хотя… Девочка повзрослела. Может, у неё и получится.

Волчишка пообещала.

Первый час Ирма буквально заставила всех младших, присовокупив к ним и Гардена, играть беспрерывно в любые игры, какие она только вспоминала. И вспоминала Вильма. А с ней играли и другие старшие, кровно заинтересованные, чтобы малышня не унывала, потому что не все восприняли трагически исчезновение братства и семейного Селены. Пока в детских и подростковых умах сиял внезапный выходной - и многие из ребят подумывали о полётах на дельтапланах, пусть и строго над деревней: перед отъездом деревенские маги и Колр жёстко закрыли границы деревни. На всякий случай.

Но были и те, кто серьёзно задумался о своём времяпрепровождении без уроков, несмотря на полученные школьные задания. Ровно через час после приезда в деревню старого учёного Селена стояла в новой бельевой и рассчитывала вместе с Веткиным, какой комплект белья надо выдать для Понцеруса для ночёвки в садовом домике Трисмегиста. Именно тут, в бельевой, её и нашли Космея и Мускари. Космея выглядела очень решительной, а Мускари, улыбаясь, то и дело пожимал плечами, глядя на свою подругу. Вереск, с искривлёнными от презрения губами, плёлся позади парочки. Но промолчал, когда девочка-эльф объяснила:

– Селена, мы хотим вот что сделать! Задания можно выполнить после обеда. А сейчас до обеда осталось ещё много времени, и я подумала, что могу провести первый урок для малышей по живописи. Можно, я соберу их в учебке?

– Ты уверена, что сумеешь это сделать, не подготовившись?
– засомневалась Селена, о чём тут же пожалела: Вереск тяжело зыркнул на сестру, снова скривившись.

– Ничего, - самонадеянно сказала Космея и тряхнула тёмными, отрастающими волосами.
– Я эти уроки в уме несколько раз проигрывала - ну, как бы я их проводила. Только мне нужны карандаши и тетради. У нас они есть - для малышей?

– А чё сразу не краски?
– проворчал из-за её спины брат.

Селена сама чуть не взорвалась от негодования. Но, кажется, Космея уже привыкла к постоянным подначиваниям старшего брата. И ответила спокойно:

– Хочешь посидеть на моём уроке и поучиться - возьми краски.
– И нежно добавила: - Не возражаю.

Вереск чуть не икнул от неожиданности, а Мускари придушенно захихикал, отвернувшись в сторону. Успокоившись, Селена попросила:

– Космея, подожди немного, я сейчас закончу и выдам тебе нужное. Только один вопрос: кто уберётся потом, после твоего урока, в учебном кабинете?