Но решил твёрдо, хотя знал, что сам до конца не понимает того, что делает.

Но Селене он не соврал: ему тесно в Тёплой Норе. Стены давят на него. Окна притягивают возможностью сбежать… И ещё. Ему очень хотелось научиться летать на дельтапланах. Но он почему-то заранее решил, что ему ещё долго не позволят учиться владеть этими странными и прекрасными крыльями. А просить каждый раз, чтобы его взяли в полёт… Он облизал губы, скривившись: странная гордость не позволяла. И так он неправильно показал себя, когда сын дракона, Эрно, взял его в небо. Ивар плакал тогда. И очень сильно. И злился на Эрно, что тот видел его слёзы. Небо оказалось громадным и бездонным, хотя тогда были на нём облака… А когда спустились, дом, деревня и вообще нижнее пространство начали давить…

Поэтому он решился уйти.

Здесь его ничто не держало. Брат его не узнал. А теперь ещё все будут думать, что именно он, Ивар, виноват в том, что Коннор попал в магическую ловушку.

Ветер друидов отличался от крыльев дельтаплана. Но дельтапланеристы возвращались в одно и то же место. А ветер друидов позволял уйти в неизвестность…

Ивар в последний раз бросил взгляд на Коннора и дёрнул пальцами, завершая друидский знак странничества. Хотя место для себя Ивар выбрал определённое.

Колдовской ветер со свистящим шуршанием понёс его к Пригородной изгороди, мягко приподнял и опустил уже на луговине. Пропускающий браслет облегал запястье, и серебряные драконы ограды промолчали… Когда он взмахнул рукой, указывая путь, этот браслет звякнул о другой, пока без магической силы. Подарок Айны. “Нельзя привязываться!
– говорили тёмные друиды.
– Привязанность унижает…”

Айна смешная… Глядя, как пролетает под ногами дорога к пригороду, Ивар вдруг подумал, что Тёплая Нора - это всё-таки страшная ловушка, для такого, как он. Она оставляет в памяти слишком много тёплых воспоминаний… Только подумал - и на него мгновенной волной нахлынуло понимание, как много живых существ в Тёплой Норе оказались заинтересованными в нём. Коннор не узнал, но старался сделать всё, чтобы вспомнить. Эрно - откликнулся сразу на просьбу взять его с собой в полёт, хотя Ивар страшился отказа и насмешки. Ирма (он снова скривился от странных, не испытанных ранее чувств) настаивала, чтобы он присоединился к её команде. Он ощутил тёплые ладони Селены на своих плечах…

Он упал на взгорке, ведущем от полевой дороги к шоссе. Неконтролируемый ветер друидов опал… Мальчик-некромаг сидел на дороге и ревел от злости на себя, на Тёплую Нору, так много обещавшую ему… Он представлял, как завтра Айна прибежит в его комнату - и увидит пустую, нетронутую постель. Как встанут на пороге его комнаты Ирма с Бериллом и разочарованно переглянутся. Он увидел странное одиночество Коннора, хотя его братья (не он! Не Ивар!) бережно стерегут его покой…

Он обманул всех…

Шмыгнув носом, он вытер ладонями лицо и вынул из-за пояса свою неразлучную котомку. На этот раз она не была пуста, как раньше, когда он совал в неё лишь те травы или сучки, что пригодны для простейших друидских ритуалов. Теперь в ней хранились два листа, беспощадно выдранных из альбомов старших ребят, которых Космея учила, как рисовать портреты друг друга. Два листа. Коннор и Айна теперь всегда будут рядом. Кроме всего прочего… Домашний Веткин, когда Ивар заглянул на кухню и попросил что-нибудь пожевать, ссылаясь на непонятный голод, молча вручил ему несколько свежих лепёшек с ужина, а к ним бутылку с козьим молоком. Когда Ивар стал отнекиваться от молока, Веткин вздохнул и сказал: “В дороге пригодится…” Мальчик-некромаг взглянул на домашнего. Он и забыл, что домашние легко определяют, когда обитатели домов уходят. Ивар знал, что Веткин промолчит. Для домашних это святое - решение человека. Они стараются не вмешиваться…

И одежда… Ивар не стал искать чёрное одеяние ученика-некромага. Ушёл - в чём был. Тёплые штаны и рубаха. Ботинки, которые он снимет, едва окажется на месте. Куртка, которую там тоже придётся снять, хотя очень не хочется…

Проверив себя, он сунул сложенные листы с портретами на место, снова прикрепил котомку так, чтобы она не мешала в дороге, и вновь вызвал ветер друидов.

На этот раз он не стал вспоминать, а сосредоточился на том, что его может ждать там, куда он летит в ночи. С этого отрезка дороги Ивар зашептал слова заклинания, уничтожающего его следы… Ветер друидов закрутил его, одновременно защищая от холода: вкрадчиво посыпался с низких туч снег.

Вскоре он оказался на последней улице перед мёртвым лесом.

Нет, он знал, что мёртвого леса больше не существует.

Но существовал лес засыпающий. И маленький друид собирался проверить, сумеет ли он выжить в нём. В одиночестве. Чтобы понять себя. Чтобы понять, чего он хочет.

До леса - пройти эту улицу, знакомую ему по прошлым годам.

Взломанная кустами дорога всё же позволяла идти по ней. Повесив сумку за длинную ручку на плечо, он спокойно пошёл к чёрному пятну впереди. Надо обойти пару домов - и он будет на месте…

Тёмные тени отделились от ближайшего дома.

Ивар остановился.

– И куда это маленький мальчик идёт?
– снисходительно к “маленькому” спросила одна из трёх теней. Он узнал двух оборотней-телохранителей и - хозяина этого места. Хозяина, присвоившего себе это место. Некромаг.

– Вам… лучше пропустить маленького мальчика, - преувеличенно вежливо предупредил Ивар, машинально поднимая подбородок.

– А то что?
– развеселились тени.

Маленький друид уже серьёзней оглядел троих и вполголоса сказал: