С губ чуть не сорвалось: «Так ты не спал?» Пришлось «оглянуться», чтобы сообразить: времени-то сколько прошло с момента, как закончился «тихий час»! Селена улыбнулась Ригану и спросила только одно:

— Трисмегист ещё не ушёл?

— Нет. Он с-сказал, что заглянет в Тёплую Нору перед ух-ходом.

И Риган побежал дальше, почти не прихрамывая, а Селена заторопилась к эльфам-преподавателям. За помощью. И чего уж точно не ожидала, так немедленного выговора от Трисмегиста, сидевшего со своим почтенным другом на скамье при доме. Едва поздоровавшись с ней, он строго сказал:

— Леди Селена, я слишком многое вложил в мальчика Колина, чтобы он вдруг начал странно вести себя, например отказываясь посещать занятия Понцеруса. Что случилось? Риган объяснить мне не смог.

— Ещё бы мальчику объяснить то, что не понимаю даже я, — расстроенно пробормотала Селена, присаживаясь между потеснившимися эльфами. — Точней, я понимаю, но что делать в данной ситуации — ума не приложу. Именно потому я и пришла к вам обоим, особенно когда услышала, что и вы здесь. Итак, Колин растерялся. Ведь со следующего года он не пойдёт в школу.

И она рассказала обоим преподавателям о проблеме, из-за которой сорвалась на мальчишке-оборотне. И, закончив и выждав немного, спросила:

— Что посоветуют уважаемые мной эльфы? Я уже думала о частной школе. О факультативах. Но я выдохлась, придумывая. Дети хотят учиться дальше. Что им предложить? Старшие ребята предложили деревенскую школу, в которой готовы вести занятия для ребят-оборотней. Но Колин… Вы сами понимаете, что он иначе воспринимает ситуацию.

— Я согласен с вашими старшими в мысли о деревенской школе, — задумчиво произнёс Понцерус. — Если Колин будет обучаться общеобразовательным предметам здесь, я рядом, чтобы давать ему частные уроки. Он перспективен и настолько легко усваивает знания, что я готов давать ему уроки, даже зная, что языкознание в будущем ему не пригодится. Как специальность, — уточнил преподаватель. — Но учёный, если учитывать его любознательность и умение анализировать, из Колина выйдет очень даже неплохой. И кто сказал, что нельзя совмещать рабочую, необходимую для жизни специальность с учёными трудами?

— Согласен, — кивнул Трисмегист. — Вы сумеете поговорить с мальчиком, леди Селена? Или предпочтёте, чтобы с ним поговорили мы?

Она поняла его: успела напортачить в данной ситуации — будет ли слушать её мальчишка-оборотень? Но уступать другим в исправлении испорченных отношений с братом она не собиралась. Сама себя неправильно повела — сама будет налаживать те пошатнувшиеся дружбу и доверительность, к которым привыкла и она, и Колин.

— Перекладывать на вас это дело не буду, — покачала она головой. — Тем более, деревенская школа — это первый шаг, придуманный моими ребятами. Возможно, впереди найдётся что-то большее. И, надеюсь, лучшее. — И взглянула на Трисмегиста. — Мы сегодня, ближе к вечеру, собираемся обсудить эту проблему со старшими оборотнями и их обучением. Если можете присутствовать, будем рады. Или вам пора возвращаться? Как там Ивар? Всё так же упрямится и не хочет переезжать сюда?

— Да, Ивар — упрямец тот ещё, — усмехнулся старый бродяга-эльф. — Но чуть не каждый день я вижу, как всё чаще он вытаскивает из своего тайничка два портрета, давно стащенных из Тёплой Норы, и смотрит на них. Так что, надеюсь, к осени мальчик созреет для переезда. Честно говоря, мне и самому бы хотелось перебраться сюда. Здесь Риган, которому необходимо моё внимание. Здесь есть любопытные личности из ваших же подростков. В конце концов, — он снова усмехнулся, взглянув на Понцеруса, — здесь есть, с кем поспорить по интересующим меня философским вопросам.

С лёгким сердцем оставив двух философов, Селена вышла от них и садами же прошла в сад Тёплой Норы. В самой большой беседке, где играла основная малышня, она нашла Ригана и попросила:

— Риган, помоги мне.

Мальчик-дракон, сидевший на перилах беседки, упираясь ногами в широкую скамью, спрыгнул на землю и послушно пошёл за ней. Ближе у дому, у скамейки, любимой девочками, Селена передала ему браслет Колина и сказала:

— Я знаю, что ты умеешь по предмету находить живое существо. Найди мне Колина, пожалуйста! Мы с ним поссорились, — призналась она. — Причём я была не права. Мне надо помириться с ним.

Мальчик-дракон положил браслет на ладонь так, чтобы он касался всех его длинных и худеньких пальцев, которые чуть сжал. Затем другой ладонью раз провёл над артефактом связи — и поднял глаза куда-то в сад. Так думала Селена, обнадёженная, что мальчишка-оборотень недалеко. Но Риган покачал головой, кажется догадавшись, о чём она думает, и объяснил:

— Колин в лес-су — в том, который мы пос-садили. Ес-сли х-хочеш-шь, я приведу его. Ес-сли нет — ты найдёш-шь его с-сама с помощью этого же брас-слета, когда выйдеш-шь за Лес-сную ограду. — И улыбнулся. — Это как в твоей игре «Х-холодно — тепло».

— Поняла, Риган. Спасибо большое. Дальше я сама.

И она побежала к лесу Бернара, как его порой называли. К тому самому, который высадили на месте, выутюженном магическими танками.

Пройдя ограду, Селена надела браслет Колина и принялась играть в «Холодно — горячо». Для начала дошла до первых деревьев и кустов. Затем «прислушалась» к браслету. Тот чувствительно нагрелся, и Селена неожиданно вспомнила, что мальчишки ещё весной сделали несколько скамеек в лесу Бернара. Может, Колин сидит там?