А полностью игра завершилась пролётом над пейнтбольным полем Хельми во главе эскадрильи дельтапланеристов. Полёт этот старшекурсников довел до такого восторга, что они даже не пытались скрывать свои чувства, как было в начале встречи.

Прощаясь с Селеной и взрослыми обителями деревни, Дрок задумчиво сказал:

— Практически… эта игра весьма полезна. Она заставляет думать, когда время на раздумье стремится к нулю. Считаю, что можно будет присылать к вам наши команды для соревнований.

— Присылайте не только для соревнований, — ответила Селена. — Есть время — можно дать ребятам возможность и потренироваться. Ведь у вас сейчас не так много занятий в храме. Только предупреждайте о своём приезде, чтобы мы могли подготовить поле.

Ильм был счастлив. Он, конечно же, не поехал в Старый город и в кабинете, куда все собрались поделиться впечатлениями от игры, высказал следующее:

— Мне кажется, Дрок дал добро на игры, потому что они полезны для наших магов. Не всегда удаётся работать с магией в некоторых ситуациях, так что решать какие-то ситуации на ходу — это замечательный опыт для Белостенных.

После небольшого анализа игры Коннор, до сих пор молчавший, прислушиваясь к мнениям взрослых, вмешался в одну из пауз — и вмешался так, что у всех присутствующих только челюсти на пол не упали:

— А если воссоздать Мёртвый лес? Или военный пригород?

После небольшого замешательства заинтригованный Ильм поинтересовался:

— А если более полно?

— Я понял, — сказал Колр. — Мальчик предлагает провес-сти с-соревнования в антураже, близком к обычным опас-сностям наш-шего мира.

— Только это слишком сложно — воссоздать, — с сожалением добавил Коннор. — Правда, можно упростить. Пусть две команды, отстреливаясь друг от друга, добираются к определённой точке. Одновременно обе будут отстреливаться от третьей силы, которая будет стараться уничтожить обе команды же. Примерно так.

— Интересно-о, — протянул Ривер, переглянувшись с Лотером, глаза которого, как глаза и Джарри, загорелись азартом. — Почему же сложно? Это же игра. Можно сделать некоторые составляющие антуража более… скажем, приблизительными или даже символическими. В общем, думаю, идея с третьей командой имеет право на воплощение в жизнь. Надо подумать. Хм… военный пригород. Очень даже интересная идея.

Селена взглянула на Ильма и чуть не рассмеялась. Тот сидел так, словно был готов немедленно вскочить и приняться за разработку идеи Коннора. А сама она вспомнила, как рассказывала Хоста об эльфийских играх в своём государстве, когда командам надо было проходить определённое расстояние, правда используя при этом магию. Про себя же подумала: «У меня в заначке есть ещё одна идея. Но стоит ли предлагать её? У Коннора мысль и так отличная. А моя…»

«Селена! — завопил Мика. — Что у тебя за идея?! Расскажешь нам?! Мы никому! Честно!»

А Коннор посмотрел на её руку с браслетами и сделал гораздо проще: мужчины уже начали обсуждение идеи Коннора, и вроде как присутствие хозяйки места в кабинете уже не требовалось. Так что мальчишка-некромант спокойно встал и, прихватив под руку маму Селену, вместе с ней и братьями вышел из кабинета, чтобы подняться к себе, в мансарду. Где Селену торжественно усадили на кровать в центре (оставленную для Эдена) и велели рассказать собственную идею будущей игры.

Ирма заложила руки за спину и, задумчиво глядя в пол Цветочной беседки, прошлась по кругу. Остановилась. Снова прошлась… Тармо и Вилл, сидевшие на круговой скамье, тоскливо переглянулись и одновременно уставились на скейты, лежавшие под ногами: столько времени до ужина, а командирша опять что-то заскучала. А самое жуткое, что не говорит, в чём дело. Молчит.

Риган, вместе с Эденом усевшийся на перила, постукал подошвами сандалий по стенке беседки и высказался:

— Ирма, что тебе не нравитс-ся? С-скажи. Вдруг поможем?

Волчишка остановилась — спиной к мальчику-дракону, лицом — к зелёному саду, который переливался оранжевыми бликами вечернего солнца. Вздохнула и ответила:

— А если у меня не получится? Хорошо, когда за спиной Коннор. А если его не будет? Что тогда? Буду снова, как утром?

— Мне кажется, ты теперь опять будешь, как всегда, — заявил Берилл. Он оказался нетерпеливей всех: стоял на входе в беседку, то и дело оглядываясь на сад. — Ты лучше скажи, как Риган говорит: что тебе не нравится?