– Милый, а это кто? – оборачивается ко мне и окидывает снисходительным взглядом.

– Никто. И она уходит – почти рычит Ник и подхватывает девку под задницу, начинает целовать.

Я стремительно убегаю, отчаянно мечтая исчезнуть, раствориться. Забыть обо всем. Мне очень больно и я плачу, плевав, что кто-то может увидеть или услышать.

Выскакиваю на улицу и толкаю трясущимися руками калитку. Замечаю возле наших ворот чужую машину и, отчаянно сдерживая рвущиеся рыдания, вбегаю во двор. Домой в таком состоянии мне нельзя, тем более, к родителям кто-то приехал. Поэтому, не разбирая дороги, лечу в самый конец участка, где падаю под ветви абрикоса, прячась от всего мира.

Плачу, скребя пальцами влажную землю. Мне сейчас так больно на душе и кажется, легче никогда не станет. Физическая боль ничто, по сравнению с тем, что творится у меня внутри.

Ничего уже не будет так как прежде. Зря я надеялась на то, что разговор с Ником все исправит. Он даже не захотел меня выслушать! А я...

Не вышло. Не смогла.

Увидела его девку и все слова застряли в горле.

Нужно было рассказать все вчера. Пусть бы злился, кричал, обзывал. Нужно было заглушить обиду и рассказать ему все. Зря я этого не сделала. А теперь…

Всхлипываю, уткнувшись носом в траву. Реву, не боясь быть услышаной. Мне сейчас так больно и обидно, что плевать о том, что кто-то может услышать или что - то там подумать обо мне.

Ник предал нашу любовь. Он даже не захотел узнать правду. Тут же нашел мне замену, и вытер ноги о мои чувства. Если бы я ему была бы хоть капельку небезразлична, он никогда бы так не поступил. Глупая я, поверила в то, чего не может быть.

Господи, за что?!

Я так сильно оплакивала свои разбившиеся надежды, что не услышала шагов. А когда меня подняли и прижали к груди, рыдания стали еще громче.

– Пап, он изменил мне…- всхлипываю, вцепившись пальцами в футболку отца – Поверил в то, чего не было.. Не захотел слушать.. А я… Я как увидела его с другой, не смогла даже объяснить…

Судорожные всхлипы наполняют воздух. Отец поглаживает меня по спине, что –то шепчет, успокаивая. И в конце-концов, я просто затихаю, исчерпав весь свой запас эмоции. Бездумно смотрю вдаль и чувствую пустоту в груди.

Папа поднимает меня с земли и заносит в дом. Укладывает в постель и целует в лоб. Я закрываю глаза и проваливаюсь в тяжелый сон.

***

Я проспала почти сутки. Стресс сыграл свою роль. Проснулась совершенно разбитой и до невозможности уставшей. Тошнило.

Пошатываясь, я все же приняла душ, а после, через силу поела.

Родители встревоженно молчали и переглядывались.

– Все нормально. Я пришла в себя – вяло произнесла, пытаясь хоть как –то их успокоить. Но, кажется, это совсем не помогло.

– Дочка, может к психологу походишь? – предложила мама, бросив быстрый взгляд на отца.

– Не хочу. Со мной все будет хорошо.

– Ты просто подумай, мы не настаиваем.

– Хорошо – как-то безразлично согласилась я.

Пустота внутри набирала обороты. Меня совершенно перестал волновать окружающий мир. Я бесцельно водила пальцем по ободку кружки и смотрела перед собой. В голове – ни единой мысли. Неинтересно. Хочется только пойти снова лечь спать. Кажется, будто меня выдернули из счастливого прошлого, чтоб бросить в мрачное настоящее. И не объяснили. Не дали инструкции, что теперь мне делать со своей жизнью. Вокруг меня все будто серое и пустое.

– Родители Влада приезжали.

Я поворачиваюсь к отцу и слегка вздергиваю бровь, ожидая продолжения.

– Просят забрать заявление.

Вздыхаю. Даже не знаю, что ответить на это. Конечно, ничего страшного не случилось, Влад всего лишь разрушил мою жизнь. Иронично хмыкаю. И то, что я не лишилась невинности, ничего теперь не значит. Ник предпочел поверить видео, а не моим словам. А то, что я так и не смогла объяснить, теперь гложет меня. Но снова к нему я не пойду. Он сделал вывод и тут же изменил мне. А я…

Хорошо что я не призналась ему в любви. Вот бы он посмеялся. И вообще…

Возможно, ему плевать на меня. Может быть у него был план влюбить меня и разбить мое сердце. Не знаю, отпустил ли он обиду за свою мать и наверное, никогда не узнаю этого, потому что слова, оказывается, ничего не значат.

***

Я все же встретилась с родителями Влада. Она очень просили за сына. А я думала о том, что ему все равно ничего бы не было. Ну вынесли бы ему административный штраф или, возможно, дали бы условный срок. Только толку от этого?