В воздухе появилась парочка летающих тачанок и, поливая огнём из пулемётов, принялась забрасывать шумными петардами залёгшую в траве пехоту. Редко какая каучуковая пуля цепляла распластанные тела, но каждое попадание вызывало сильный отклик в рядах пехоты. Энтузиазма атакующим ещё не добавляли и выстрелы со стороны траншей. Пули с визгом проносились над головой, заставляя плотнее вжиматься в плоскую степь.

— Генерал, если гвардейцы не поднимутся в последнюю атаку, или дружно не побегут назад, то можно считать всех условно уничтоженными, — заметил генерал Эрн. — В реальном бою, под миномётно–пулемётным обстрелом, на голой земле им долго не продержаться.

— Под кинжальным огнём, солдатам колючую проволоку не преодолеть, — скептически покачал головой бразильский генерал. — Даже под обстрелом резиновыми пулями.

— В реальном бою, убежать по голому полю тоже вряд ли удалось бы, — поддержал коллегу уругваец и, сдвинув фуражку на глаза, почесал затылок. — Скрытно уползти тоже не получится, если автожиры сами не расстреляют, то уж миномёты точно наведут. И это без учёта фактора наличия у казаков группы снайперов. Нет, синьоры, на голом поле днём не выжить. Вот кабы гвардейцы в темноте пошли на приступ позиций, но ночному бою не обучены: заплутают, потеряют управление.

— Итог ясен, — стиснув зубы, махнул рукой начальник аргентинской делегации. — Нужно прекращать учения. Выводы очевидны: нам необходимо набираться опыта у русских офицеров–фронтовиков, приобретать летающие тачанки и радиостанции.

— Мы тоже заинтересованы в обучении войск и приобретении современной боевой техники, — переглянувшись с уругвайским коллегой, заявил главный бразильский генерал.

— Вот только бы договориться хотя бы о ма–а–ленькой скидочке при закупке техники, — показал пальцами уругваец.

— При оптовых закупках, мы снизим цену на автожиры на треть, — выступив вперёд, порадовал покупателей Алексей. — А стоимость раций уменьшим вдвое.

— Как вам тогда удастся окупить затраты на производство радиоаппаратуры? — почувствовал какой–то подвох аргентинец.

— За счёт массового производства, — улыбнулся парагвайский магнат и, подмигнув, развёл руками. — Ну и, конечно же, уменьшения мощности раций, и ухудшения качества экспортных моделей.

— Зачем же нам ненадёжные изделия? — переглянувшись с коллегами, пожал плечами аргентинский генерал.

— В случае проявившегося технического брака, мы гарантируем бесплатный ремонт или замену вышедшей из строя техники, — удивил невиданной щедростью производитель.

— В течение, какого срока?

— Десяти лет, — дал конкретный ответ Ронин. — Ведь к тому времени модель уже устареет и будет снята с производства.

— Не пойму, зачем вам такая морока? — прищурив глаз, искоса глянул на хитрого казака аргентинец.

— Вы же надёжные, мощные, и потому дорогие, рации вообще не купите, — рассмеялся Ронин. — А удобный и быстрый сервис мы своим добрым соседям можем обеспечить легко.

— А недобрым?.. — не договаривая, догадался о хитрой подстраховке сосед парагвайцев.

— Синьоры, мы же не собираемся ссориться, — распростёр дружеские объятия казачий атаман. — При оптовых закупках автожиров и раций, мы готовы, за малую доплату, качественно подготовить персонал для обслуживания новейшей техники.

— Но вы можете обещать не продавать аналогичную технику нашим «недобрым» соседям? — обеспокоился бразилец.

— На захват мирового рынка мы пока не замахиваемся, — с сожалением вздохнул магнат. — Нам бы свои нужды удовлетворить. Да и не время казакам заокеанских конкурентов злить. Вообще, синьоры, я предлагаю засекретить результаты прошедших учений и всячески скрывать объёмы закупок техники.

— Разумное предложение, — расплылся в довольной улыбке аргентинец. — Думаю, синьоры генералы его тоже поддержат.

— Да, посторонним не следует знать о ходе совместной боевой подготовки и планах модернизации наших армий, — глянув на уругвайца, кивнул бразилец.

— Последний вопрос, — поднял руку уругваец. — А как же казаки рискнули укрыться в блиндажах на полигоне, ведь полевая артиллерия всерьёз его утюжила.

— А надо было крупнокалиберными гаубицами перекапывать, — рассмеялся Ронин. — В арсенале инженерной техники у казаков не только электропилы и автомобили имеются, но и малые электрокопатели. На полигоне создан заглублённый бункер, с крышей в три наката брёвен и толстенной земляной подушкой сверху.

— А инженерную технику вы, уважаемый, тоже продаёте? — переглянувшись с насторожившимися коллегами, спросил уругваец.

— Это техника строительная — не засекреченная, — пожал плечами Алексей. — Закупайте в любых количествах, только цену сбрасывать не будем.

Генералы облегчённо выдохнули и начали прикидывать в уме суммы затрат на модернизацию армии.

Когда уже делегации разошлись, то начальник генштаба, Эрн, осторожно спросил у парагвайского магната:

— Господин Ронин, я не считаю себя гением коммерческих операций, но какая казакам выгода в продаже соседям откровенной кучи дерьмо… — генерал запнулся и чуть смягчил формулировку: — дармовой продукции. Ведь выгоды от продажи почти никакой, а по качеству экспортных изделий будут судить о всём парагвайском товаре.