– Было предсказание, что однажды придет тот, кто освободит людей от тирании демонов. Этот человек будет говорить на языке Древних ! Этот человек, рожденный Богами, изменит мир!

Ну, все, я пошел. Меня старуха ждет, – вот так вот выдал он, оставляя меня с открытым ртом.

Я подорвалась к дверям и догнала деда, который на удивление шагал уж слишком быстро. Он обернулся и снова взглянул на меня, улыбаясь.

– Богиня в смертном теле или же смертная с силой Бога… У всех есть прошлое! – рассмеялся.
– У каждого духа оно есть! Я сразу понял, кто ты, – оперившись на трость, он смотрел на меня так, словно видел насквозь. Словно мог прочитать все мои тайны. Даже те, о которых я сама не догадывалась.
– Ты вернулась положить конец той войне, которая началась очень давно. Твоя жизненная энергия наполняет мир и все живые существа, что в нем обитают. Но только тот, кто совладал с внутренним потоком энергии, становится великим воином!

– Дедуля, какой из меня воин? – демонстративно приложила руки к животу.

– Воин не тот, кто держит в руках меч! Воин тот, кто может победить войну, не начав ее.

Земную жизнь, пройдя до половины,

Я очутился в сумрачном лесу.

Утратив правый путь во тьме долины. (Данте)

Я никогда не думала о том, что моя беременность будет такой. Я всегда считала, что буду готовиться к этому моменту, но, кажется, моё тело все знает само. Я настолько гармонично чувствую все происходящее внутри меня, и вокруг меня, что это кажется каким-то волшебством. Я приняла все возможные вытекающие происходящего во мне и в мире в целом, и просто перестала изводить себя. Я перестала бояться того, кто желал мне навредить. Потому что с заметно округлившимся животом, я ощущала силу.

Птицы не пели, давая возможность мне поспать, морские волны прекращали шуметь, оставляя меня в созерцании тишины. Бессонными ночами малыш изрядно отфутболивал меня с другой стороны, что только подтверждало мои мысли. Будет сын!

Одиночество не страшило. Времени не было на грусть. Я готовилась к самому великому моменту. Каждое утро и перед сном я занималась дыхательными практиками, которые развивали мою силу и увеличивали ее. Прав был Ваал, когда говорил: «Сядь у воды и медитируй, а главное, дыши правильно». Практики тансегрит оставляли моё тело в легкости и гибкости. Я полностью взаимодействовала с окружающим миром. Каждый день я танцевал, и это давало мне много энергии, а главное надежду.

А за окном уже был снег. Быстро он, совсем не дождавшись осени. Ваал говорил, что в Алкине его никогда не было и не будет. Что ж… О том, что Темные не могут иметь детей он тоже говорил. А теперь вот… сюрприииз! А может это я такая особенная, что со мной и снег, и лед и дети. Еще драконы появятся, говорящие единороги, баба-Яга в ступе, Шрек покинет свое болото и придет ко мне, и Смурфики заявят свои права на территорию. А Кощей будет нервно покуривать в сторонке с мыслями о том, что и здесь не плохо над златом чахнуть.

Оранжерея цвела, не увядая, принося самые сладкие плоды яблони день ото дня. Ощущала себя настоящей Древней Богиней! Ваал жил на одних яблоках, теперь и я. Поистине живительный фрукт для Богов!

Но невероятное блаженство я испытала, когда босыми ногами ступала по сугробам и не чувствовала холод! С каждым днем я верила и принимала то, что боялась принять. Оказывается, всего-то нужно было забеременеть! Сразу столько проблем решилось. И сила вернулась. И новая появилась. Еще бы Ваал вернулся, тогда и силы мне никакой не нужно.

– Какое бы счастливое будущее ты себе не воображала, это не возможно, – моя улыбка сошла с лица, когда я услышала знакомый голос. Слегка вздрогнула, но виду страха не подала.

Группа снегирей мигом мигрировала на юг, а я беспристрастно развернулась и окинула Темного безразличным взглядом. Несколько месяцев ждала, когда же приползет змеюга окаянная. Может снежную бурю на него послать? Нет, надо заморозить то, чем он в меня тыкал бессовестно!

– Где Ваал? – храбрясь, смотрела на него, приподняв подбородок.

– А ты не знаешь? – он удивленно поднял брови.
– Он бросил тебя. Вернулся в Баатор.

– Ты лжешь, – голос дрогнул. Довольствуясь моей реакцией, он улыбнулся.

– Я не лгу. Может, вернешься ко мне? – протянул мне руку, хоть нас и разделяло несколько шагов.
– Прощу тебе испорченную рубашку и шрам, который ты мне нарисовала. Ну что же ты молчишь? – он оглядел меня полностью, но все же задержал свой взгляд на животе.
– В этом мире нет никого сильнее меня. Только я смогу защитить тебя.