— Какими пришельцами? — резко спросил Эмиль.

— Они пришли в Санти за неделю до вашего появления. Их было пятеро, как в обычных караванах Пилигримов. Но с ними не было невест. И их лица были скрыты черными масками…

— Рыцари Дебрей! — вырвалось у Алана.

Эмиль схватил его за плечо: мол, помолчи.

— Стражники не пустили их, но их главный потребовал, чтобы им позволили поговорить с Нараяном Прабху. Они заперлись в кабинете, и… я не смог выяснить, о чем шла речь. Нараян не посвятил меня в суть дела. И Его величество также в неведении… Однако я заметил, что исчезло много слуг из дворца, человек двадцать. Я не видел их с того дня, как приехали безликие пришельцы…

— Где они сейчас? — прошипел Алан. — Эти безликие?

Его пальцы сами собой потянулись к шпаге, которую он не забыл прихватить.

— Мне это неведомо, юный Пилигрим, — ответил Пракаш. — Только Нараян знает.

— Почему ты решил нам это рассказать? — осведомился Эмиль. — И что ты ждешь от нас?

— Я не собирался вам этого рассказывать, клянусь Слоноликим. Но когда я услышал о гибели целого Оазиса, меня продрал холодок ужаса… Лишь Индре ведомо, где сейчас те несчастные сыны Санти, что ушли с Безликими, и что станет с нашим миром, пока рядом враги. Вы должны их остановить!

Он поклонился Пилигримам, делая элегантные жесты. Теперь Алан более-менее привык к полумраку и различал детали.

— Что мы можем поделать, если даже не знаем, кто наши враги и где они? — сказал Эмиль.

Пракаш задумался.

— Если и есть место, где Нараян надумал бы спрятать темных союзников, то это…

Тишину ночи пронзил приглушенный свист и удар. Пракаш выгнулся дугой, затем медленно повалился наземь без единого звука. Из груди его торчала какая-то темная пика, по белому халату расплывалось пятно крови.

— Алан, прячься!

Рефлексы сработали раньше окрика Эмиля и команды сознания. Алан метнулся за бордюр вокруг бассейна. Сердце заколотилось как бешеное, мысли рассыпались на миллион кусков. Тот, кто метнул пику, в него сейчас не попадет, но если враги окружили дворик, им крышка.

— Он больше ничего не скажет, жалкий предатель, — произнес голос, казалось, с небес. Голос был глубоким, сильным, низким.

Алан осторожно высунул голову из-за бордюра. Где этот дьявол? Неужели он один?

А, вот он! На фоне звездного неба на крыше сгустилось пятно мрака. Оно шевельнулось и выпрямилось во весь рост. Рослый человек, широкоплечий, подробностей не разглядеть.

Надо же, он не боится стрелы! Или знает, что у Пилигримов нет с собой лука и стрел? И как, во имя богов, создавших мир Оазисов, он видит их в темноте внутреннего двора?

— Выходите, Пилигримы, — спокойно сказал человек-тень. — Не прячьтесь, ибо нельзя спрятаться во тьме от того, кто порожден тьмой.

— Алан, сиди тихо! — окрикнул Эмиль. Словно решил, что Алан подчиниться магнетической силе спокойного, глубокого голоса. — Кто ты такой? Это ты сжег Хоу Верден?

— Хоу Верден… — задумчиво повторил человек на крыше. — Никчемный Оазис, он сам выбрал смерть…

Алан почувствовал, что не в силах больше сдерживаться. Плохо понимая, что делает, он вскочил на ноги; шпага вылетела из ножен с тягучим звоном, будто обрадовавшись предстоящей схватке.

— Алан!

Не обращая внимания на Эмиля, Алан размахнулся, намереваясь швырнуть шпагу во врага. Когда-то он потратил немало часов, тренируясь в метании ножей. Шпага — не нож, но Алан не сомневался, что попадет.

Человек-тень не дожидался, пока Алан совершит бросок. Силуэт подскочил, крутанулся в воздухе в невообразимом кульбите и приземлился во дворе на ноги почти без звука.

Проклятый акробат! В голову Алана ударила кровь. Перехватив шпагу подобнее, он ринулся в бой.

Рыцарь Дебрей выхватил неизвестно откуда две короткие палочки. Никогда еще Алан не сталкивался со столь проворным противником. Рыцарь уворачивался от ударов с поистине изумительной ловкостью, иногда изгибаясь так, словно в его теле не было костей. Палочками он блокировал удары шпаги. Прозрачный клинок выбивал из них зеленые искры.

— Алан! — снова крикнул Эмиль.

Кажется, он бросился на помощь. Алан на мгновение отвлекся и тут же получил зубодробительный удар ногой в челюсть. В голове зазвенело, как в пустом колоколе, и Алан будто со стороны пронаблюдал, как падает на землю…

Тем не менее, сознания он не потерял. Он видел и слышал, как схлестнулись Эмиль и Рыцарь Дебрей. Эмиль бился более хладнокровно, и у Алана сложилось впечатление, что скоро он одержит верх. К тому же шум не мог не разбудить остальных Пилигримов. Теперь, когда стало ясно, что Рыцарь здесь один, у него нет шансов…