Услышав сказанное старостой, Эйрон тут же у него поинтересовался:

— Из-за этого секрета все в вашей деревне такие бледные, верно?

После этого вопроса старик вновь замолк, в этот раз почти на пол минуты, раздумывая над тем, что ответить.

— А вы наблюдательны. Даже очень. Не зря говорят, что в секте сплошные гении. Скрываем мы эту вещь только ради того, чтобы её не пытались украсть, но всё-таки вы пришли из секты, а значит подобное ниже вас. Тем более, что наш артефакт бесполезен для кого-либо другого. И раз уж вы пришли сюда помочь нам, то я вам всё расскажу. Вы правильно догадались, бледность наших жителей и наша способность противостоять зверю связанны. Пожалуй, я вам даже покажу эту «причину», следуйте за мной.

Староста, закончив говорить, встал из-за стола и повёл послушников за собой в располагающееся неподалёку небольшое каменное здание с металлической дверью. Подойдя к двери, староста приложил кольцо к замку, и дверь отварилась. Прямо за дверью показался проход, ведущий довольно глубоко вниз, по которому староста их и повёл. На полпути вниз староста вновь заговорил:

— Основатель нашей деревни был могущественным культиватором. Мы не знаем, откуда он пришёл, ибо он не хотел рассказывать о своём прошлом. При нём мы процветали и даже планировали стать городом в будущем. Но один из его старых врагов сумел его найти и серьёзно ранить в битве. Ранение было настолько тяжёлым, что от него нельзя оправиться, и основателю оставалось жить в лучшем случае около года. И он, понимая, что без него молодую деревню будут ждать тяжёлые времена, решил использовать запретную технику, отдать всю оставшуюся жизненные силу, и создать артефакт, который мог бы защитить деревню, даже когда его уже не станет.

И ему это удалось, но при создании его наш основатель он отдал всего себя: плоть, кровь, Ци и даже кусочек души. Он умер в момент рождения артефакта.

Но, разумеется, при таком нестандартном методе создания у артефакта не могло не быть серьёзных недостатков. Во-первых, он не может удаляться слишком далеко от места смерти нашего основателя. Во-вторых, ради его использования приходится платить кровью его наследников.

После активации он создаёт зверя из крови, которым можно частично управлять. Но и это существо крови не может слишком далеко удалятся от артефакта. Именно благодаря ему у нас получается давать отпор вожаку волков, зверь крови даже сумел ранить его несколько раз. Но, к сожалению, разница в силах между ними не слишком велика, и как только волк оказывался в невыгодном положении, он тут же вместе со своей шайкой обращался в бегство.

Староста привёл послушников в небольшое подземное помещение, находящееся на глубине тридцати-сорока метров. В центре комнаты находился постамент, или скорее надгробие, с торчащим из него скипетром.

Побыв в помещении несколько минут, и обсудив возможности артефакта со старостой, группа вернулась обратно на поверхность, где Фара неожиданно задала вопрос:

— А что насчёт лисы? Почему вы не стали использовать против него этот артефакт?

В этот раз староста не растерялся и без раздумий ответил:

— Против лисы? Цена за его активацию высока, а шанс поимки лисы был бы невелик, ибо лиса очень быстро приходит и уходит, а на создание зверя требуется время.

Кстати, вы напомнили мне, время от времени лиса всё ещё появляется и подворовывает наши запасы. Ума не приложу, почему она не сбежала после появления волков. — сказав всё это, старейшина вдруг остановился, — Стойте, вы пришли не из-за нашего обращения об уничтожении волков, а из-за лисы, верно?

Балрон посчитал, что нет смысла такое скрывать, поэтому он честно ответил:

— Да.

— Теперь всё встало на свои места. Вряд ли бы вас послали на самоубийственную миссию по уничтожению волков. А вот охота на лиса совсем не так опасна, да. Хотя странно, что, зная, что происходит тут, вам позволили сюда отправиться. Но да ладно, вероятно, просто кто-то совершил ошибку. Давайте, заключим сделку, я добровольно подпишу лист с вашим заданием и даже подарю вам голову одного из лисов, пойманных нашими охотниками. Так что вам не придётся гоняться за этой неуловимой тварью. А вы взамен вернётесь обратно и расскажете честно об всё происходящем, и сделаете всё, что в ваших силах, чтобы нам прислали помощь. Как вам такая идея?

Балрон, понимая, что принимать подобное решение в одиночку он не мог, даже если он номинально числился главой группы, попросил старосту:

— Ваше предложение очень интересное, но, прежде чем мы что-то решим, позвольте нам обсудить это между собой.

— Разумеется. Можете обсуждать это сколько угодно, я вас не тороплю. Мой дом — ваш дом. А я пока займусь делами деревни. — проговорил староста, после чего вышел из дома.

Подождав пару секунд, пока староста удалится на расстояние, на котором он не сможет подслушать их беседу, Балрон полушёпотом спросил остальных:

— Что думаете? Сражаться со стаей волков нам и правда не по зубам, а помощь деревушке надо оказать. И как можно скорее. Да и охотиться на лису в такой обстановке может быть довольно опасно. К тому же, если верить его рассказу, то даже лучшие охотники не смогли её поймать, разве мы справимся? Даже с зельем наши шансы, наверняка, будут невелики.

— Так и есть. Вероятно, принять предложение старосты будет лучшим решением. — согласилась с ним Фара.

Но Эйрон тут же возразил:

— Не стоит думать, что подобным образом можно обмануть Павильон Заданий, вариант старосты не сработает, наш незамысловатый обман без труда раскроют. И нам не только придётся заплатить двести камней духа, но нам ещё и запретят брать задание как минимум на несколько лет. Я на такое не пойду.