– А! Это был обычный видеозвонок. Громкая связь и все дела, – как-то излишне быстро и беззаботно ответила Алья, и Адриан уловил фальшь в её голосе. Только вот что она пыталась скрыть? Почему он не должен был знать об их загадочной собеседнице?

Пока он размышлял, тренер, болтая обо всяких пустяках, утащила его в зал. По времени тренировка вот-вот должна была начаться, а Маринетт так и не пришла, и Адриан заволновался.

– Маринетт сегодня не будет? – не выдержав, поинтересовался он.

– Она не очень хорошо себя чувствует. Потянула спину, – ответила Алья, делая базовую разминку и жестом показывая, что он тоже может приступать к привычному набору упражнений.

Но заниматься Агрест не спешил. Услышав про травму Жучка, вспомнив, как она прихрамывала, он остро почувствовал вину. Ещё вчера всё было нормально, а значит, ей стало плохо из-за их спарринга. Может, он ударил её слишком сильно? Или вообще что-нибудь сломал?! В глазах Агреста отразилась паника.

– Это я виноват, – потерянно пробормотал он, не спеша к тренировочным снарядам, и Алья взглянула на него с удивлением. – Я предложил ей устроить спарринг, – повинился Агрест.

– Так… – не сулящим ничего хорошего тоном протянула Сезер. – Чем ещё вы занимались в мое отсутствие?

– Больше ничего не было, честно, – поспешил заверить Адриан. – Один маленький бой. Но я, наверное, не рассчитал силы.

На мгновение Алье захотелось проучить Агреста и подробно рассказать о синяках Маринетт. О том, что спина подруги представляет желто-фиолетовую «карту мира». Но это было не честно по отношению к парню. Всё-таки, героиня Парижа получила раны, спасая жителей города, а не в спарринге с партнером по карате.

– Она просто неудачно упала, – ответила Алья, но от её слов Адриан помрачнел ещё больше. Блоггерша удивленно вскинула брови. – Хочешь сказать, ты её завалил?

– У нас была ничья, – буркнул Адриан, и тренер одобрительно покивала.

– Тогда ты быстро учишься. Не буду скрывать, сейчас у Маринетт лучше получается, но у тебя тоже неплохой потенциал. И повторюсь – нет, в том, что она заболела, нет твоей вины.

– Может, принести ей какой-нибудь обезболивающий пластырь из аптеки или лекарства? Как думаешь?

Агрест умел быть жутким занудой, когда требовалось. Алья раздраженно выдохнула и предложила:

– Если хочешь, после занятия я провожу тебя до дома Маринетт, по дороге ты можешь купить ей фруктов. Уверена, она оценит твою заботу.

– Ты так думаешь?

– Конечно, – Алья незаметно скрестила за спиной пальцы и улыбнулась ему сладкой улыбкой. – А теперь хватит увиливать, пора за работу! За вчерашнее самовольное нарушение правил, количество упражнений увеличивается вдвое. Вперед!

Телефонный звонок застал Маринетт в метро по дороге домой. Звонил Натаниэль, и несколько секунд девушка размышляла, стоит ли отвечать или сделать вид, что не услышала. Конечно, они поговорили об их отношениях, и Дюпэн-Чэн ясно дала понять, что не испытывает к нему никаких романтических чувств. Но в последнее время художник стал настойчивым. А снова переживать тяжелый разговор она не хотела.

Однако телефон продолжал трезвонить и, наконец, Маринетт ответила на звонок.

– Привет! Я не помешал? – раздался мягкий тенор Натаниэля.

– Нет, я еду домой, – честно ответила Маринетт, про себя придумывая пару причин, по которой не сможет с ним встретиться.

Точно подслушав её мысли, Курцберг спросил.

– Мы можем увидеться?

– Не думаю, что это хорошая идея... – начала Маринетт, но парень быстро её перебил:

– Это будет чисто дружеская встреча. Даже деловая. Пожалуйста, мне очень нужен совет, и я не знаю больше, к кому ещё можно обратиться!

Его голос звучал умоляюще, и Маринетт не смогла отказать.

– Если ненадолго, то давай, – скрепя сердце, согласилась она.

– На какой ты станции?

– Рузвельта.

– Давай тогда встретимся на Трокадеро? Я буду там минут через пятнадцать.

– Хорошо, я подожду, – закончила разговор девушка, и стала пробираться к выходу из вагона сквозь плотную толпу ехавших с работы людей.

Ждать пришлось чуть дольше. Маринетт успела просмотреть новости в телефоне, в которых рекламировалась последняя модная коллекция, и даже оставить очередной восторженный отзыв на сайте (она не уставала поражаться таланту Габриэля Агреста), когда Натаниэль появился на станции. Художник прибежал весь запыхавшийся. Обычно аккуратный хвостик был растрепан, руки измазаны краской. Похоже, он только вернулся с занятий.