Я наклонился и протянул руку ладонью вверх к павшему врагу, и из его груди, медленно проплывая, ко мне устремился едва различимый огонек и неуверенно разместился у меня на ладони.

Я чувствовал его не так как обычно. Энергия, теплящаяся в нем, была как будто немного иной. Явно ощущалась сила света, вот только еще чувствовались помехи, как будто примеси чего-то грязного.

Я выпрямился, и предо мной предстал призрачно-золотистый силуэт убитого мною минуту назад разорителя. Он смотрел на меня немигающими глазами. Причем оба его глаза были на месте, без этой отвратительной мутации в виде щупальца.

Призрак шумно вдохнул в себя воздух полной грудью, что выглядело странно, ведь едва ли ему нужен был кислород, и заговорил:

– Я уже и забыл эту легкость. Забыл, что значит быть человеком.

– Как тебя зовут, призрак?

– Мое имя Лектасий.

– Что же с тобой произошло? Как ты стал таким? – Я кивнул в сторону мертвого тела.

– Тебе, правда, интересно? – Удивился призрак и после секундной паузы ответил – Что ж. Я был капитаном наемников. Наш отряд назывался «Степные Орлы». Э-э-э-х, давно это было. Мы были малочисленны, но хорошо подготовлены, дисциплинированы, а главное, имели безупречную репутацию. Каждый знал, что Орлы строго выполняют условия договора и никогда не предают нанимателя, а также не занимаются грязными делишками, которые часто замечают за другими, нечистыми на руку отрядами. Так было до того момента когда нам не подвернулась, казалось бы, большая удача. К нам в группу попросился целый маг! Представляешь? Наемники с магом в отряде крайне ценны. Мало какой адепт магии горит желанием копаться в грязи и крови с наемными солдатами. Однако ценятся такие отряды гораздо выше.

– Дай угадаю? Это был он? – Я кивнул в сторону того места где лежало тело мертвого колдуна.

– Именно. – Кивнул Лектасий. – По-началу, мы были воодушевлены. Маг хоть и не блистал выдающимися силами, но свою работу знал, хоть и выглядела его «магия»… странновато. Я приблизил его к себе, и мы стали проводить всё больше свободного времени в одной компании.

– И он начал на тебя влиять? – Помог я продолжить рассказ задумавшемуся призраку.

– Так и есть. Была у меня одна страсть – женщины. Обычно я обходился любовью за деньги, но однажды он нашептал мне на ухо, мол, зачем платить за то, что можно взять силой. И я поддался. В одном из взятых замков, я также силой взял женщину. И меня стало не остановить. В ход шли все, подвернувшиеся крестьянки, заблудившиеся горожанки, взрослые и не очень. – Призрак зажмурился, качая головой. Было заметно, что воспоминания причиняют ему боль. Он сделал драматическую паузу, собираясь с мыслями, вздохнул, а потом продолжил. – Мало кому понравились изменения в его командире, и они ушли. Те же, кто брал с меня пример, превратились в конченых ублюдков, как и я. Ушедших заменил всякий сброд и нам перестали поступать заказы. Мы скатились на самое дно.

– Так вы пришли к тому, что стали обращать в рабство людей?

– Это была идея Дамина. – Понуро кивнул призрак. – Он говорил, что это нужно для какого-то ритуала, который даст нам огромную силу, и я послушался. Мы только начали пленить людей, и я не успел узнать, в чем заключается ритуал, но теперь осознаю, что это должно было быть что-то ужасное.

– Более чем. – Подтвердил я его предположения. – И на этом этапе ты и пришел к нам в Сатус?

– Сатус? Ах, да. Та деревня. Там я и принял смерть от тебя… В первый раз. – Призрак оглянулся по сторонам. – И я тебе благодарен. Не могу представить до чего бы мы еще дошли в этом падении.

– О чем еще рассказывал колдун? Как вы должны были получить силу? Аваурс вам помогал?

– Я не знаю всех нюансов, ибо не сведущ в магии. Дамин всё твердил о необходимости ритуала и жертв. А Аварус должен был разделить с нами эту силу, в обмен на укрытие.

Значит колдун не солгал. Аварус также во всем этом замешан.

Я задумался. И что же мне с тобой делать, Лектасий? Похоже, что у меня в руке сейчас твоя душа. Полагаю, будь моя воля, я бы смог её пленить, или даже выжечь, создав неимоверный выброс энергии. Такой податливой казалась эта субстанция у меня в руке. К тому же, ты этого заслужил. Или нет? Как должен согрешить человек при жизни, чтобы после смерти обрести даже не вечные муки, а кое-что пострашнее – небытие?

Я колебался несколько минут, после чего мотнул головой, будто отгоняя наваждение.

– Будь у тебя шанс прожить жизнь заново, как бы ты ею распорядился? – Поинтересовался я у мертвого.

– Я бы хотел прожить достойную воина жизнь. И умереть как воин. А не жить как блудливая собака и умереть так же. – Разоритель уставился на свой труп.

– Тогда я дам тебе этот шанс. – Я сжал в кулаке подобранную искру и применил на нее такое мощное очищение, на которое сейчас был только способен.

Призрак выгнулся в неестественной позе, но не закричал. Напротив. Лицо его выражало искреннюю радость.

– Что ты сделал? – Воодушевленно спросил он у меня.

– Я очистил твою душу от скверны, дав тебе возможность на перерождение. Проживи эту жизнь достойно, дабы достойно предстать перед Всевышним.

На лице воина отразилось недоумение, а потом решимость:

– Я не совсем понимаю, что это всё значит, но я постараюсь сделать так, как ты сказал. Спасибо тебе. Не знаю, сможешь ли ты простить меня, но знай, мне очень жаль.

– Иди с миром, Лектасий. – Я разжал ладонь и ярко светящийся огонек устремился ввысь, постепенно растворяясь в ярком пламени.

Подошедшая Алисия также как и я вгляделась в небо:

– Это невероятно. Ты способен исцелять не только тела, но и души.

– К сожалению, не при жизни человека.

– Ты действительно простил его?

– Не знаю. – Пожал плечами я. – Часто люди слабы, а соблазны и пороки проникают внутрь незаметно. Каждый может ошибиться. Главное, оглянувшись назад, осознать свою ошибку и то кем ты стал. Тот же, кто действительно понял весь ужас своего греха и искренне раскаялся, больше никогда не допустит повторения этого падения. Поэтому надо уметь прощать. Жаль только, не все способны на искреннее раскаяние при жизни.