Драк сказал, что он прямо сегодня закажет мне и горелку, и беглый сахар, и все что угодно, потому что жечь иглы — невыносимое унижение, хотя и интересно, что получится.

Проверять пришлось быстрее, чем я думал.

Утром за завтрак взялся я и сварил нам кашу из местной крупы. Сегодня мы с Драком планировали в спокойном режиме прокатиться к нашей пещере — проверить не завелся ли кто, Котий собирался остаться играть в свои акции, а еще его посетила новая идея.

— Ты хоть что-нибудь там заработал? — лениво спросил Драк, построив поверх каши башню из варенья. Ради меня они оба принимали человеческую форму за едой, иначе было бы неудобно вместе сидеть за столом.

— А то как же, — ухмыльнулся Котий. — Ты давно баланс счета проверял?

— Вчера. Там все хорошо. Последнюю партию мы продали очень удачно.

— Нет, мой дорогой друг. Это не фиррий. За него так быстро деньги не приходят, они все еще в банке на модерации. Это удачная спекуляция прошлой недели.

— Я не понимаю, — опять вышел из себя Драк. — Почему то, что мы честно зарабатываем торговлей, проверяется и перепроверяется десять тысяч раз, а то, что ты нахимичил незнамо где, уже здесь.

— Чем ты недоволен, дорогой друг? Жизнь несправедлива, и поэтому у нас есть деньги. Разве это не прекрасно? Закажем новые формы. Я вчера прочел, что земляне запустили в серию летающие лодки для рыбаков-миллионеров. Идеально для нас: летают и плавают они одинаково плохо, а энергии поглощает как будто хорошо. Но форма воистину идиотская, такое мало кто делает. А мы будем. Причем чертеж со всеми размерами у нас уже есть.

— Ну-ка покажи, — заинтересовался Драк.

Котий вытащил откуда-то планшет и показал. Нда, смешные пирамидки.

— Вот ты жук, — восхитился Драк. Но Котий проигнорировал его и продолжил.

— Поэтому я бы предложил вам пещеру проверить вечером, а днем съездить обсудить производство вот этой формы с Александром Николаевичем. Пока он еще не занят. Я ведь не один новости читаю.

— Но чертеж ты стырил первый, я уверен! — захихикал Драк.

— Ничего я не тырил. Мне его главный инвестор передал, боится, что не взлетит, если будет недостаточно модно. А с фиррием совсем другое дело — магия нового мира на службе прогресса! Чистая энергия! Забота о планете! Короче, я уверен, что другие будут изобретать велосипед и займут Александра Николаевича неправильными формами. И он будет занят, не сможет нам сделать правильные.

Драк поцокал и согласился. Такое действительно могло случиться.

— Это брат Романа Николаевича? — догадался я, — Поехали!

— Все б тебе кататься, — скривился Драк.

— Да, его брат, — подтвердил Котий, — а Илья, до которого мы никак не доедем, сын Александра Николаевича. Они все с Бодайбо, поэтому у них одинаково напряженные отношения и с Меркатором, и с Землей, что для нас хорошо. А то бы они все дружили против нас.

Я улыбнулся. Меня все это ни капли не расстраивало. Стресс от знакомства с новыми людьми с лихвой компенсировался новыми впечатлениями. Оранжевая пустыня, темно-зеленые пещеры, желтые дороги, голубые озера, цветные коробочки фиррия — не мир, а коробка с цветными карандашами.

— Собирайся, поехали, — Драк вспомнил, что он главный, и бросил мне ключи.

И мы поехали. Начали все же с пещеры, Драка до сих пор разъедала мысль, что в первый день мы вообще не попали в пещеру, занимаясь делами других людей. В то время как свои дела сами себя не сделают.

Хотя ничто не предвещало, мы были в пещере буквально позавчера, а раньше чем через неделю обычно никто не накапливается, я на всякий случай взял с собой всё: в одну руку Термит, в другую — свежеукрепленное копье, бросив чехол в машине. Драк посмотрел на меня и заржал.

— Выпускайте Кракена!

Хорошо ему смеяться, у него-то оружие всегда с собой.

Но у самого входа мы поняли, что что-то не так. Клубы тумана валили наружу: кто-то внутри раздухарился не на шутку.

— Это что ж такое, — возмутился Драк и влетел драконом внутрь.

Мы с Драком крались вглубь, он под потолком, я вдоль стенки. Не было видно примерно ничего. Однако из глубины доносилось плеск и чавканье. Туман слегка рассеялся, и прямо по центру самого широкого прохода мы обнаружили виновника торжества. Подумайте, какая наглость! Туманная тварь разлеглась прямо посреди натекшего озерца и устроила там себе баню: она зачерпывала ластами воду и лила себе ее себе на голову. Пар поднимался под потолок и внизу его почти не было, так что у меня получилось хорошо ее рассмотреть. Вода испарялась, а тварь покрывалась фирриевым блеском. Я было залюбовался, однако вспомнил, что это был уже почти наш фиррий, а теперь уже, получается, ничей.

Драк медлил, что было странно, потому что обычно таких тварей он начинал поливать огнем от самого входа. Но, видимо, с этой тварью было что-то не так. Я этого понять не мог, вроде бы такая же, как предыдущие, только как-то быстро на ней высыхал фиррий. Наконец, Драк спрятался на покрытом паром потолке и плюнул в тварь огнем.

Вот оно в чем дело! Вместо того, чтобы тихо стечь в воду, эта тварь только заискрила. Драк выдал еще струю огня, тварь промялась в голове, но несильно, и плюнула паром в ответ. Промахнулась, но пара прибавилось, и пещера стала еще больше напоминать баню. Где-то здесь должны были быть банщики, но вместо банщиков тут мы. Я положил копье на пол, выстрелил из Термита без большого успеха и тут же понял, что вчера, пока возился с копьем, забыл дозарядить ружье. И Котия не попросил, эх, идиот. Выставил Термит на максимум, чтобы ударно отравить жизнь твари и перейти на копье. Выстрелил, проделав в твари круглую аккуратную дыру, что было неплохо, но заряд на этом кончился.