— Волны, говоришь? И где твой мир находится?

— Я не знаю, — потупился Уфф. — Мне тут объяснили вашу систему миров, но она мне ни о чем не говорит. Я помню только, что мы все рождаемся в магме и возвращаемся туда на перерождение для новой мудрости. Разговариваем только мысленно и только друг с другом.

Ого, об этом мы не договаривались! Про магму круто — где Уфф это взял.

— Хочешь домой? — ласково уточнил Роман Николаевич.

— Нет. Да я и не знаю куда. А еще здесь я могу говорить голосом, а раньше не мог. И у меня уже есть друзья.

— Ну и что с тобой делать? Как тебя зовут, кстати?

— Я не помню. Уверен, что это что-то длинное и значимое, иначе я бы не забыл. Вот, Марк сказал, что мне подойдет имя Уфф, и я согласен. Мне нравится такое имя.

Роман Николаевич вздохнул.

— Котий, глупо же просить тебя почитать мысли вашего каменного друга? Вы же обо всем договорились, и ты сейчас что-нибудь наврешь?

Котий склонил голову:

— Роман Николаевич, как можно? Врать? Вам?

— Ладно-ладно. Значит, говорите, Уфф прибыл 1 августа. Но именно этого числа никаких инцидентов в вашей пещере не зафиксировано.

— Не совсем так, — осторожно уточнил я, — мы нашли Уффа 1 августа, а появиться он мог и гораздо раньше. Мы ведь не знаем, сколько он там пробыл.

Ха! Как вам такая версия!? Я прямо почувствовал волны коллективного одобрения даже от Романа Николаевича. Ничто не радует народ так, как логичное объяснение.

— Хорошо. Допустим. Однако очевидно, что вы, господин Уфф, разумны, не являетесь ни диким животным, и утверждаете, что имуществом тоже не являетесь.

Тут Уфф очень убедительно изобразил возмущение.

— При этом идентифицировать вас невозможно.

— Почему невозможно? — спросил Котий. — У Уффа должна быть магическая аура, этого достаточно. Имя тоже есть. Отпечатки пальцев он тоже сможет вам организовать, только они будут все время разные.

Уфф вытянул из себя маленькую руку с четырьмя пальцами и потыкал ей в стол.

— Уж, пожалуйста, не надо. Хватит нам переменных сущностей. Хотя бы для фотографии сможете организовать стабильный образ? — обратился он к Уффу.

Уфф заверил, что да. Еще бы он уже несколько дней так выглядит, а вчера полдня любовался собой в зеркало.

Так и договорились. Роман Николаевич замерил магический уровень Уффа, оказалась четверка, как у меня, когда я только приехал. Заодно померили мне еще раз, оказалось, уже шесть, догоняю Котия! Сфотографировали его и выдали удостоверение домайнера на имя Уфф. Камень был страшно доволен и поручил мне хранить его карточку.

— Ну вот, порядок в танковых войсках, — удовлетворенно отметил Роман Николаевич. — Если захотите открыть счет, прокатитесь с друзьями в банк.

— Нет, спасибо, — отказался Уфф. — Мне нравится на всем готовом.

Все усмехнулись, что-то есть в таком образе жизни. На этом мы закончили, и Роман Николаевич отправил нас Боргеру смотреть видеозапись, сказав напоследок:

— Чуть не забыл. Не забудьте потом зайти к Шмидту. Он привез печь для пиццы и теперь плачет, что никто ее не ест.

— С чем же он ее делает?

— Кажется, со скумбрией, но могу ошибаться.

Со скумбрией! Котий оживился, Драк поднял бровь. Зачем такая пицца? Ладно, скоро узнаем.

Боргер устроил себе комнату в дальнем конце Управления и все это время с нетерпением ждал нас. Все ногти изгрыз.

— Наконец-то, — загудел он, когда мы вошли. — Чего так долго?

— Оформляли нового товарища, — пояснил Котий.

— Вы же говорили, что в команду будете брать только людей.

— Человек предполагает, а Домино располагает, — развел руками Котий.

— Ладно. Смотрим, — велел Боргер.

— Подожди, — тормознул его я. — Ты объясни, что это за кино.

— А! Ну тут все просто. Семейство Окто, когда у них случилась эта история с печеньем, почему, кстати, сразу мне не рассказали? Полиция здесь я! Так вот, Окто купил десяток следящих артефактов, но, оказалось, что трех достаточно, один в зал, второй на склад, третий брату. Осталась куча лишних. И, когда на вишневой вечеринке Октор услышал, что у Бата проблемы, он ему продал пару штук. Бат их в тот же день и поставил: один на заднем дворе, второй в пещере, чтоб мы знали, кто его убьет, если такое случится.

— Предусмотрительный. Фонд бы и так Азу помог, если что.

— Неважно. В любом случае мы получили запись, и самое там интересное, не как тот землянин его по голове бьет, и так понятно, что если человек лежит с разбитой головой, то кто-то над этим поработал. А то, что их рукотворные крокодилы там делают. Да, Роман Николаевич сказал, что я говно-детектив, потому что сразу не сообразил, что люди, въезжающие под именами Вессон и Смит, никакого доверия не заслуживают. Заявил, что туристов с таким креативом надо сразу разворачивать.