Будь осторожна во Франции, я за тебя очень волнуюсь. Это такая страна, что подхватить там «французский насморк»* проще простого. Как говорится, дурное дело нехитрое…

Хорошего отдыха и до встречи.

С любовью

Поттер Г.Д.

Гарри Джеймс Поттер!

Ещё никогда! Ты слышишь? Никогда мне не было так стыдно перед родителями! Как ты мог написать мне такие гадости? Хорошо, что я не пошла во французскую клинику, как собиралась, для того, чтобы узнать, что это за насморк такой и сначала спросила маму. Папа долго смеялся над твоим письмом и пообещал оторвать тебе уши. Так что готовьтесь, мистер!..

И что за лапы? И какой такой хвост? Во что ты опять вляпался?..

Свой «гениальный ум» приложи для того, чтобы не писать мне такие письма…

Гермиона Грейнджер.

Ну вот, обиделась на невинный троллинг, мне ведь завидно. Она там на морях загорает, а я тут у Дурслей партизаню. Теперь я не «Дорогой Гарри», а, можно сказать, официальный Гарри Джеймс Поттер. Может, так лучше и проще? Да и уши нужно поберечь, мистер Грейнджер здоровенный бугай.

***

За неделю до моего дня рождения, под утро, в открытую форточку окна залетела неприметная серая сова с посланием от Скалозуба Четвёртого.

— Ну-с, что вы там мне пишете, синьор Куатро? — пробормотал я, ломая светящиеся печати банка и разворачивая письмо.

В конверте было официального вида приглашение на встречу с директором банка Гринготтс для обсуждения неотложных финансовых вопросов, заключением предварительных соглашений, ознакомления с экспертной оценкой и ещё полдюжины подобных обтекаемых и мутных формулировок. А также небольшая записка от Скалозуба, что встреча необходима для наибольшей финансовой отдачи. Зашевелились, чёртовы коротышки!

С теперешними моими знаниями и немного подтянутой за три недели формой я смогу уйти из банка почти в любом случае. По трупам выберусь, только если встреча не будет проходить где-нибудь на нижних уровнях. Там меня легче лёгкого можно будет заблокировать и взять тёпленьким, правда, с моей внешностью сейчас меня никто всерьёз не воспринимает и не будет ожидать от второкурсника Хогвартса каких-то особых сюрпризов. Однако нужно подстраховаться, написать несколько писем и держать Хедвиг в доступной готовности.

Хоть я и не слишком весомая фигура, но достаточно известная в магическом мире, чтобы моё исчезновение нельзя было быстро замять. А потому:

Главе Департамента Магического Правопорядка мадам Боунс…

* "Французский насморк" - гонорея.

Сегодня нужно быть в Лондоне, чтобы забрать свой заказ у Дерринджера, о котором он меня известил роскошно выглядящим уведомлением. Посмотрим, какой он мне «броник» смастерил, ведь сумасшедшие деньги у этого хитроделанного профи потратил, он бы мне ещё и не такую бумаженцию, похожую на герцогский патент из-за всяческих излишних украшательств, нарисовал. Нужно только приехать и забрать то, что получилось у мастера, доплатив остаток после аванса за работу. Все те изделия Дерринджера, что сейчас у меня, не вызывали не единого нарекания, а от своей сумки так и вообще я был в полном восторге.

Четыре отделения с наложенным расширением в каждом и предназначенных для различных нужд с зачарованием на дополнительные функции. В одном просто багаж, одежда и прочие мелочи; во втором, с дополнительной защитой — артефакты и оружие; в третьем, с наложенныи стазисом — еда и зелья; и, наконец, четвертое — для особо ценных вещей и денег, видимое только для владельца. Когда я попытался продиагностировать сумку, будучи ещё в лавке, то наткнулся на какую-то непонятную защиту, под которой не было видно ни единого наложенного заклинания. Видя тогда мои потуги, мастер победно улыбнулся и рассказал о фамильном профессиональном секрете. Взломать невозможно, сломать же всё это с потерей содержимого, как и всё в мире, сделаное чужими руками, не так уж и сложно, а вот открыть сумку могу только я, она на мою ауру и кровь настроена. Но всегда же есть обходные пути. Под «Империусом», или приложить меня качественным «Конфундусом», или опоить какой-нибудь гадостью — и я сам с удовольствием открою. Но все равно вещь в высшей степени отличная, кожаная коричневая с латунными застёжками, похожая на плоские портфели, с какими все лондонские студенты рассекают, и практически ничего не весящая.

Сейчас мой сундук стоял абсолютно пустой и всё что только у меня есть, покоилось в новом вместилище. Туда даже моя метла и клетка для Хедвиг перекочевали, а сундук служил мне испытательным полигоном для экспериментов с набором артефактора. Вырезать рунные цепочки оказалось занятием муторным, но очень интересным. В свободное от тренировок время я просчитывал печати в громоздящихся на моем столе горах старых тетрадей с оставшимися от школы неисписанными листами, и расскладывал на плоскость различные полезные чары, которые переносил потом на внутреннюю поверхность стандартной поделки при помощи «эликсира фон Хайнца». Легендарного немца-артефактора, изобретателя манопроводящего состава. Была идея сделать из моего ящика неубиваемый и просторный артефакт с расширением в целую комнату, в которой можно было бы переждать смутные времена, но я, как всегда, слишком поторопился и не учёл такой мелочи, как магический накопитель. Без него получалась не комната, а просторная будка для анимагической формы Блэка. Но всё равно идея перспективная. Ведь существуют полевые зельеварни, палатки и даже мобильные склады как раз размером с мой сундук, не очень большие, но всё же. Придется при визите на Косую аллею пробежаться по профильным лавкам, ведь в маггловском Лондоне мне никто не продаст драгоценных камней. Всё больше и больше хотелось пойти по лёгкому пути и «подломить» какую-нибудь «ювелирку», с мантией я практически идеальный вор. Только не уверен, что ювелиров не курируют в магическом мире, слишком там всё у них на старых традициях, связях и знакомствах повязано. И в моих знаниях не было книги «Проникновение и взлом: супер-расширенный курс», а жаль, ведь засыплюсь на какой-нибудь мелочи.

***

— Добрый день, мистер Дерринджер, сэр, — поздоровался я с мастером, сидящим за прилавком с жутковатой конструкцией из множества линз, проволочек и ремешков на голове. — Я за своим заказом.

— А! Мистер Бендерс! Или правильно говорить, синьор Бендерс? — разулыбался старик. — Всё готово и можете примерять. В высшей степени занятная вещь получилась. Мне пришлось сломать два «троппера» от мастера Квинлана только для наложения чар подгонки и ещё один «тенфер» уже моего производства после вырезки шаблона. Прямо не знаю, что и думать о свойствах материала. Я помню, что вы мне говорили о том, что будете ещё делать заказы у меня на работу с подобной кожей, но не могли бы вы рассказать хотя бы о том, кому она принадлежала при жизни?